И тут же слегка устыдилась, варцинит, несмотря на обилие его в Острошпиле, на самом деле один из редчайших камней. И моя шпилька, на самом-то деле, не по карману даже моему отцу. Это то, что досталось матери от ее матери, а после перейдет моей дочери. Жаль, что полный комплект утрачен, но…
Над камнем сформировалась дымка, из которой проявилось лицо Тарлиосы.
— Ожидаемо, — фыркнула Миттари.
— Я была неосторожна, леди Бьереми, — горестно вздохнула драконица.
Следом появилось лицо Сесилии и сразу за ней — Кассандры Бьереми.
— Я помогала матушке снять украшения, — пролепетала Силия. — Но как же это вышло?!
А я, понимая, что опасность еще не миновала, осторожно растворила свою защиту. Варцинитовая шпилька уснула.
— Вероятно, кто-то способен укрыть себя колдовством, вот и его аура и не отметилась на украшении, — процедила Тарлиоса, метнув на меня гневный взгляд.
— Как забавно, — проронил Альдис, — значит, вы подтверждаете, что атаковали леди Аддерли?
«Все еще «леди Аддерли»», с горечью отметила я. «Достаточно одного лишь намека, чтобы вы поверили не мне, лорд Дальфари?».
Отстранившись от перепалки, я постаралась напомнить себе, что наши с Альдисом жизни не пересекаются. Что едва лишь дети будут исцелены, как мы разойдемся в стороны.
— После ужина Гарриет была у нас, — запальчиво произнесла Миттари, — затем Хейддис проводил ее до ее покоев и поставил свою сторожку, чтобы никакие
И тут я поняла, в чем именно просчиталась Бьереми-старшая.
— Тц. Я поняла в чем ваш просчет, — усмехнувшись, проговорила я. — Вы считали, что часть ночи я проведу
— Да, — кивнул Хейддис, — хочу напомнить, что вам пришлось вызвать меня, чтобы снять мою особую защиту с дверей в крыло Гарриет.
На щеках леди Бьереми-старшей на секунду расцвели алые пятна, но драконица быстро справилась с собой:
— Ума не приложу, о каком представлении вы говорите. Украшение оказалось у вас в комнате…
— Ночь была теплой, но вы затребовали шаль, — Миттари была неумолима. — Не оттого ли она вам потребовалась, что ожерелья больше не было на вашей шее?
— Довольно, — жестко произнес лорд Дальфари. — Сейчас вы, госпожа Тарлиоса, поклянетесь своей жизнью, что не входили в спальню леди Аддерли ни единого раза, кроме сегодняшнего.
— Моя служанка ни в чем клясться не будет, — отрезала драконица. — Это я пострадала, а вы…
Атмосфера серьезно изменилась. На лорда Дальфари было страшно смотреть, но я… Я смотрела во все глаза. Мне хотелось, чтобы он понял, насколько сильно он меня обидел и унизил. Откупиться от обвинений, признав меня воровкой?! О нет, это недопустимо и непростительно.
— Это я, — проронила вдруг Сесилия.
— Силия!
— Я хотела избавиться от Аддерли, она… Она забрала у меня шанс стать к тебе ближе, Аль.
Дракон мягко посмотрел на девицу и проронил:
— Я считал тебя младшей сестрой, Силия, куда ближе?
— Ты так и не понял, — с горечью прошептала драконица.
— Трудно было не понять, — покачал головой Дальфари, — но я старательно не замечал твоих попыток, чтобы дать тебе время одуматься. Сохранить братско-сестринские отношения. Сейчас… Сама того не ведая, ты поставила род Дальфари под угрозу.
Силия ахнула:
— Они связаны? Ночью ты ушел, дети выжили, а теперь Аддерли поселилась здесь и… Она что-то знает… Или умеет? Какое-то островное колдовство, которое позволяет исцелить Лотту и Марка?!
— Каждый из вас даст мне клятву о неразглашении ваших догадок, — сухо проронил Дальфари. — После чего я хочу чтобы ты, Силия, покинула мой Пик вместе с матерью. С собой возьмешь кое-какие бумаги, почитаешь, подумаешь. Может придешь к правильным выводам.
Альдис повернулся ко мне, а я… Мне хотелось гордо вскинуть голову, презрительно скривить губы и проронить что-то вроде «Я удовлетворена, прибуду вечером, согласно нашему договору». Но вместо этого я ощутила, как предательски сдавило горло и защипало в уголках глаз.
— Гарриет, я унизил вас при всех, — Дальфари сделал шаг ко мне, — и прощения просить хочу тоже при всех.
Он опустился передо мной на оба колена и, глядя в глаза, проникновенно произнес:
— Я приношу свои глубочайшие извинения, Гарриет, леди Аддерли. Я виновен и мне нет оправдания.
С трудом размокнув губы, я беспомощно проговорила:
— Вы сделали мне очень больно. Я хочу уйти, но вечером вернусь. Согласно договору.
Развернувшись, я поспешила выйти из гостиной. За мной выскользнули Миттари и Хейддис. Краем уха я успела услышать, что лорд Дальфари начал принимать клятвы. И что первой клялась Сесилия, причем клялась даже в большем — она дала магическое обещание не причинять вреда детям ни знанием, ни незнанием. И что-то еще, но я не расслышала.
— Миттари, — я резко остановилась и повернулась к целительнице, — попроси за меня прощения у детей. Я обещала утром быть, но…