Да-да, увы, но я была той еще пакостью на приемах и званых вечерах. И, что характерно, ни разу не попалось. После одного достаточно мерзкого розыгрыша я поймала свое отражение в оконном стекле и поразилась тому, что увидела не себя, а достославную мачеху. Это была долгая ночь полная размышлений. Итогом которой оказался мой побег. Вернее, торопливый уход — кто остановит совершеннолетнюю девицу без проблем с денежными средствами? То-то и оно, что никто.
После завершения ужина мы с Исаром и Миттари прошли в их целительский уголок, а через пару минут Альдис привел детей.
— Лотта, Марк, леди Аддерли помогает вам своей силой, но об этом никто не должен знать, — серьезно проговорил дракон. — Я против использования
Лорд Дальфари выпрямился, поднял руку и сотворил эмблему своего рода из своей же крови:
— Как отец рода, глава рода и старший Крылатый приказываю тебе, Лоттари, дочери рода Дальфари и тебе, Маркусу, сыну рода Дальфари, молчать обо всем, что касается леди Гарриет Аддерли и вашей болезни. От сего момента и до момента, пока я не сниму запрет.
А после Исар почти буднично нацепил на нас все артефакты и выдал детям по флакону:
— Детская засыпай-ка.
— Мы бы и так молчали, — буркнула Лотта.
Маркус только вздохнул:
— А я бы не удержался, леди Бьереми-старшая ужасно отозвалась о леди Гарриет. А я чувствую, что мы связаны. Я не знал, как это объяснить и просто расплакался.
Мальчик шмыгнул носом:
— Я вас не защитил.
Оторопев, я присела перед ним и серьезно сказала:
— Ты и не должен был, меня сейчас защищает твой папа и Хейддис.
— Я подрасту и тоже буду вас защищать. Вы
Смутившись, я потрепала мальчишку по голове и проворчала:
— Ты слишком милый, Марк.
Лотта тут же, как будто случайно, оказалась рядом и боднула макушкой мою ладонь. Посмеявшись, я растрепала ее чудесную прическу, после чего предложила детям послушать сказку о морском чудовище и Воине-с-рогатым-клинком.
Драконята тут же забрались на ближайшую постель и насторожили ушки. А я, сотворив для себя стул, принялась вспоминать старую легенду о сотворении моего родного острова. Правда, человеческие жертвоприношения пришлось из истории вырезать. Но тем не менее, сказка была захватывающей и малышам понравилась.
Настолько, что они не хотели уходить, и лорду Дальфари пришлось применить последний довод — яблоки в карамели перед сном.
— А ты завтра будешь здесь?
— А ты знаешь еще сказки?
— Знаю, буду, расскажу, — рассмеялась я.
Дети ускакали со своим отцом, а Хейддис вызвался проводить меня до покоев. Мы действительно решили не снимать браслетов до самого утра. Ни мне, ни детям это не повредит. Но, как уточнил Исар, и на пользу не пойдет, сейчас важно именно время, а не количество магии.
Проходя по коридорам, где все еще продолжали сновать слуги, Хейддис так сильно старался на меня не коситься, что я сразу поняла — у него есть вопрос. Или даже ВОПРОС. И я даже знала какой.
Ему явно показалось странным, что дети так ко мне потянулись. Но на самом деле все было очень просто — в нас текла общая магия. Это сильно действует и на взрослых, что уж говорить о детях!
Правда, все это потом пришлось объяснять Хейддису, который никак не мог понять, почему у драконят ко мне такое доверие. Правда, надо отдать ему должное — он спросил лишь в момент, когда мы оказались наедине, у дверей выделенных мне покоев.
— Интересно, — только и сказал дракон, когда я договорила. — Не то чтобы я хотел когда-либо попасть в такую передрягу, чтобы потребовалось деление магии, но… Мне до дрожи в крыльях интересно, каково это.
— Не гневите богов, Хейддис, — фыркнула я, — а то порадуют вас желанным опытом.
Дракон посмеялся, а после бросил на мою дверь несколько искр:
— На всякий случай.
Хах, отличная мысль. А потому, оставшись в своих покоях в одиночестве, я последовательно зачаровала все двери. Сигнальные и слабые запирающие чары, чтобы создать впечатление абсолютной бездарности.
И, прежде чем уснуть, я активировала свою варцинитовую шпильку. Заряд магии там и за сотню лет не выкачать! Но, правда, и ходить постоянно в этой «глазури» невыносимо — кожа покрывается пятнами и страшно чешется уже на вторые сутки.
«Даже не верится, что проблема решилась практически сама собой», подумала я, уплывая в сон. «Мне отчего-то казалось, что такие Кассандра Бьереми действуют тоньше и изящней».
Утром, проснувшись от звона рвущихся сигнальных нитей, я сильно пожалела о своих вечерних мыслях. Явно же сглазила!
В мою спальню вошла бледная Миттари, а следом за ней та самая драконица, что пыталась вырвать мне горло.
— Леди Аддерли, — начала было целительница, но драконица ее злорадно прервала:
— Думали, что никто не заметит пропажи драгоценностей? У леди Бьереми настроено сродство с ее вещами!
Выплевывая все это, Тариалис подошла к шкафу и, пафосно раскрыв створки, указала на холщовый мешочек:
— Это ваше?
— Нет, — я спокойно пожала плечами. — Вы можете обратить внимание на зияющую пустоту шкафа — я еще не обжилась.