Тело великого волшебника стало исчезать, пока не осталась лишь сфера и сверкающий Трепет. Меч стал расти, увеличился в пятьдесят раз против себя прежнего и упал на тёмную гору, увлекая зеркала. Он вонзился в студенистую плоть, вывернул из неё огромный кусок и швырнул в одно из зеркал. То также расширилось, пропуская добычу внутрь. Меч ударил вновь, и второе зеркал получило кусок. Трепет рубил воющего Гекатонхейра на огромные ломти и бросал их в осколки Зеркального измерения до тех пор, пока все зеркала не заполнила пульсирующая тёмная масса.
Надо всем этим действом маленьким солнцем парила сфера.
– Вот и всё, – разнёсся голос Геда Геднгейда, – кончено, колдун.
Он был там, стоял внизу, среди ничтожных останков эмблемы, крохотная чёрная фигурка, опирающаяся на посох. Он не мог управлять Гекатонхейром, потому что чудовище оказалось в ином измерении. Оно было разделено, однако, – не уничтожено, и потому колдун не мог его восстановить. Отпустить тварь он также не мог, ибо не имел шанса вызвать её обратно.
– Кончено, – провозгласила сфера вновь. – Это всё, колдун? Где же твоя Тьма? Где твоя мощь?
Слова полного превосходства прозвучали, и тогда калека внизу, смотревший единственным снулым оком, поднял посох над головой.
– Вот она, здесь. Именем Второго Учителя…
///
Зиру обезумела, ненависть и жажда убийства затмевали все мысли в её голове, заменяли все чувства. Она прекратила быть человеческим существом, став одушевлённым порывом; ни на мгновение не замолкал звон когтей, выл разрезаемый воздух, трещали жилы и лопалась под одеждой кожа. Зиру визжала на пределе сил, и голос её кромсал Синду, когда тот становился слишком напорист, когда ей нужно было спастись от гибели.
Гигант наседало как огненный шквал, его меч жёг, а кулаки били словно молоты, он не боялся её, наоборот, улыбался всё шире, а в глубине глазниц не осталось ничего кроме янтарного пламени. Не окажись её ненависть столь сильна, Зиру сама бы испугалась.
Госпожа убийц металась по узкому пространству моста, то и дело цепляясь за край, проскальзывая снизу и выскакивая с другой стороны, она бросала себя вперёд как пушечное ядро, врезалась в гиганта, впивалась великолепными когтями и рвала кольчугу, ткань под ней, добиралась до плоти ненавистного убийцы. Она уже слизнула его кровь с когтей раз, – ошпарилась, по жилам ублюдка бежал кипяток, а из пасти шёл пар!
– Всё равно убью!
Он едва успел защититься от потрошащего вскрика, подставил правое предплечье, на котором появился новый шрам, крутанулся и завертел мечом, возобновляя щит огня. Мост дрожал под его шагами, а слуги всё ещё не нашли черновик. Они не помогут, если она не попросит, а она не попросит, потому что отомстить за отца, – это её, верной дочери долг. И счастье.
Крохотная часть рассудка, не поддавшаяся лихорадке боя, с горечью признавала, что не сможет одолеть его. Не по силам. А ведь он даже ещё не прибегал к магии. Просто не считал её достойной, играл в воина…
– Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!
Два вскрика он отбил мечом, третий проскользнул мимо вращающегося клинка и разбился о браслет, что ублюдок носил на левом запястье. Зиру поняла, – единственный шанс для неё сейчас, прибегнуть к иной силе. Взглянуть ему прямо в глаза! Вблизи, чтобы плёнка гнева не защитила разум! Поймать в ловушку! Страх сделает то, что не смогла гномья сталь!
И она бросилась на высшем пределе возможностей, превратилась в росчерк, позабыла об усталости, об ожогах, о лопнувшей коже и сгоревшей одежде. Она поймала клинок левой ладонью, четыре когтя правой вонзила ублюдку в плечо, скрежетнув по костям, а потом она оплела ногами его талию и сдавила, словно страстная любовница. Их глаза оказались на одном уровне, так близко, что Зиру могла увидеть две янтарные звезды в каймах налитых кровью сосудов, а её враг увидел меняющие форму и цвет маслянистые пятна, водившие хоровод на поверхности склер, безумно притягательные, и пугающие.
– Теперь ты мой…
Она смотрела изо всех сил, затягивая Синду в мир его страхов, но он… Свободная рука убийцы приобняла Зиру за поясницу и прижала к торсу. Он надавил так сильно, что вопль женщины унёсся в потолок и пропал там без толку. Её хребет сломался, а рука, твёрдая как железо продолжала давить.
Пальцы разжались, освобождая огненный меч. Гигант наконец отпустил Зиру, та упала, ослеплённая болью, почти ничего не понимающая, но всё равно попыталась ударить, протянула левую руку с когтями. Он перехватил запястье, наступил на плечо, ломая ключицу и рёбра, дёрнул! Больно! Как же больно! Ублюдок хотел вырвать протез целиком, но не смог, – локтевой сустав лопнул.
Тем временем слуги нашли нужное зеркало и достали черновик.
///
– Вот она, здесь. Именем Второго Учителя ты падёшь, – прошептал колдун.
