— Не представляю, как вы справляетесь! По мне, разобраться в человеческой душе куда проще, чем предсказать, куда враг направит войска или дракон — свои крылья. А какая ответственность! От вас — зависят жизни всех в Гардии.
— Не знаю, грустить или радоваться. Сам факт, несомненно, звучит как комплимент, но вот тон, с которым он преподнесен, — Абелард приподнял бровь и хитро улыбнулся.
— Простите, милорд, я ни в коем случае не хотела вас обидеть! Мне кажется, что вы удивительный! И прекрасно справляетесь со своей работой. Мы живы и здоровы, а это лучший показатель.
— Слушал бы и слушал! Может быть, еще кружочек, и ты подробно расскажешь о своих восторгах?
Я поняла, что мы остановились перед дверью в покои леди Гленды. Только в жилых коридорах дворца царила тишина.
— Сейчас вы меня смущаете.
— Мы уже определили, что это одно из моих любимых занятий! — подмигнул Абелард и громко постучал в покои ведьмы.
Сначала никто не открывал, и мы уже решили, что леди Гленда встречается сегодня с другим драконом, как двери отворились, явив черноволосую красавицу. Она подарила внимательный взгляд сначала дракону, затем мне, затем посмотрела на наши руки. Почему-то сразу убрала ладонь с локтя Абелард и даже маленький шажок в сторону сделала. Затем взгляд скользнул на мою грудь — на кулон изумрудного дракона.
— Я вас ждала, — наконец, вымолвила ведьма и отошла в сторону, позволяя нам войти.
— Вот как? — широко улыбнулся дракон, закинув руки за спину. — Любопытно. И с какой целью?
— Вы думаете, что это я прокляла вас, милорд. Но это не так!
Ведьма вскинула подбородок. Смотрела на Абеларда открыто и смело, чем удивила меня и… восхитила! Хотелось бы и мне, отринув страх, признаться Ролдхару в своей истиной сути. Еще больше мне бы хотелось получить в ответ такой взгляд, каким изумрудный дракон на аэлиту Гленду смотрел. А смотрел он с уважением и одобрением.
Дверь за нами мягко закрылась. Мужчина прошел в комнату, расположился на диване, закинул ногу на ногу. Смотрел он на ведьму снизу вверх, но превосходство во взгляде и внутренняя сила поднимали его куда выше всех в комнате.
- У людей есть одна неприятная черта, — громко проговорил дракон. — Они любят врать! Не то, чтобы я подозревал вас в лукавстве, аэлита Гленда… Хотя, о чем это я? Конечно подозреваю!
Женщина, к ее чести, ничуть не смутилась и даже обиды не выказала. Напротив. Покорно протянула мне ладони и мягко произнесла:
— Вы можете сами проверить. Проклятье, наложенное на вас, обладало неимоверной силой. После такой волшбы остаются следы. Если я колдовала в ближайшие сутки, моя аура сохранила остатки энергии. Вы сможете почувствовать их, госпожа Айнари.
— Вы знаете меня?
Женщина лишь таинственно улыбнулась. Когда взяла ее холодные ладошки в руки, остро пахнуло озоном. Нет. Аура аэлиты чиста и в ближайшие сутки она действительно не колдовала, но было что-то другое. Знакомое.
Черная фигура… Запах озона… Тихий мелодичный голос…
— Это были вы? — воскликнула, не в силах сдержать эмоции, а потом и вовсе обняла ведьму крепко-крепко. — Не отрицайте, это ни к чему. Вы мне жизнь спасли!
— Любопытно, — заметил дракон, взирая на нас с удивлением.
— Спасибо за вашу помощь. Без нее я бы погибла! — отстранилась и сжала ладони сестры.
— Без моей помощи вас могли раскрыть. А я не могу этого позволить, потому что Борхес — единственный уцелевший ковен.
— Что вы хотите сказать? — от лица кровь отхлынула, и меня обдало холодом.
— Две недели назад на наше место силы напали колдуны и драконы, — леди Гленда указала на диванчик. Я заняла место рядом с Абелардом, а женщина устроилась в кресле.
— Каратели? Почему мне об этом неизвестно?
— Потому что в вас сомневаются, ирд Д’Остраф. Из-за вашего происхождения.
— Откуда такая осведомленность? — мужчина подался вперед, облокотившись о колени.
— Когда случилось нападение, я волею судьбы находилась в другом месте. Только это меня спасло.
— Как удобно!
— Не думаю, что смерть матушки можно назвать удобной, милорд.
Я осадила дракона, который хотел что-то добавить, и ответила за него:
— Прошу простить несдержанность Абеларда, леди Гленда.
— Просто Эстефания. Я понимаю настороженность ирда Д’Острафа и не виню. Узнав, что на место силы напали, я поспешила к сестрам, но…
У женщины задрожали губы. Она сжала холодными длинными пальцами подол платья и опустила взгляд. Продолжить смогла далеко не сразу. Абелард скучающе откинулся на спинку кресла, я же терпеливо ждала.
— Прошу, не томите. У меня исчерпан лимит носовых платков!
— Абелард! — пристыдила дракона, который в ответ лишь закатил глаза. — Ведьмы острее других чувствуют боль. Даже Сотхо. Тем более Сотхо!
— Спасибо, госпожа Айнари.
— Просто Анотариэль.
— Самое время взяться за ручки и обняться, — язвительно заметил дракон. Очевидно, ведьма ему разонравилась.
