— Я поговорю сегодня с Ролдхаром. Не могу обещать, что он поверит или будет на нашей стороне, скорее всего даже рассматривать эту мысль не станет. Если бы были какие-то доказательства, кроме ваших слов, то…
Мы и сами понимали, что необходимы доказательства, да только где их достанешь? Ведьме Сотхо не поверят, духу Дайнары, даже если его призвать из-за грани, тоже. Нужно что-то такое, чтобы наверняка. Вот только что?
— Давайте не будем терять времени, — предложила госпожа Венера. — Лучше допросим леди Прайнет, узнаем, кто приложил руку к ее гибели и под чьим руководством она действовала. Станет ли это тем самым доказательством, что ведьмы не причастны к заговору против драконов?
— Вполне вероятно. Это будет хотя бы первым шагом на пути. Идемте.
Абеларда на руническое поле не пустили. Святое место не терпит присутствия чужаков во время ритуала. С таким количеством сильных ведьм и с присутствием Нитаэля, который изъявил готовность в случае сопротивления силой притащить леди Прайнет за шкирку, у духа не было шансов. Она явилась практически сразу и, угодив в ловушку, зашипела загнанным зверем.
— Кто вы? Что вам от меня нужно? Где я?
Фигура женщины в простом белом платье серебрилась лунным светом и едва заметно дрожала. Сомнений нет — перед нами обычный человек. Не ведьма, не колдун. Что-то подсказывало, она такая же обманутая бедняжка, как Дайнара и Алафлая.
— Леди Прайнет, — спокойно произнесла верховная ведьма, дав знак сестрам первого круга, что их помощь больше не требуется. — Меня зовут госпожа Венера, и я помогу вам обрести вечный покой.
Если дух является сразу и выглядит подобным образом, значит перейти за грань не смог, либо человек погиб в ближайшие сутки. Столько требуется для трансформации души.
— Вечный покой? Это какая-то дурная шутка? — дух мигнул. — Если шутка, мне совершенно не весело!
— Нам тоже, леди Прайнет. Думаю, вы уже смогли осознать ту мысль, что погибли. Вы же видели свое тело, кружили над ним.
Судя по тому, как натянулись нити силы, удерживающие духа в среднем мире, леди Прайнет начала осознавать свое положение. Дух по разным причинам за грань перейти не может: незаконченные дела, чье-то заклинание или проклятье, ловушка для духа, вроде той, которая сейчас удерживает женщину на руническом поле, либо отказ осознать свою смерть. Когда причина, по которой дух не может обрести покой, исчезает, грань раскрывает свои объятия и забирает новопреставленного. Вот сейчас грань как раз пыталась это сделать, а мы этому мешали.
— Осознали, — констатировала госпожа Ведьма. — Леди Прайнет, чтобы ваша смерть не была напрасной, вы должны нам помочь. Расскажите, что случилось? Кто вас убил? Почему вы бежали из дворца? И… Кто заставил вас повесить в своей спальне зачарованное зеркало?
Леди Прайнет смотрела куда-то в пустоту и, кажется, не слышала голоса ведьмы. Непросто осознавать, что твой земной путь завершен, ох как непросто. Тем более, если нить твоей жизни оборвали насильно и неожиданно.
— Это был он! — вздрогнула женщина и указала дрожащим пальцем на показавшегося в дверях Абеларда.
Дракон прибыл для допроса и сейчас замер на пороге.
— Я был… что? Дня доброго, леди Прайнет. Хотя в вашем положении доброго, конечно, маловато, — иронично заметил он, кажется, ничуть не сожалея по поводу безвременной кончины своей любовницы.
— Абелард! — я постаралась устыдить дракона, но мой взгляд на него не подействовал.
— Это он заставил меня повесить в спальне то зеркало! Он сказал, что ведьмы замышляют против драконов заговор и все, кто посмотрят в это зачарованное зеркало, получат защиту.
— Я? — дракон скрестил руки на груди и приподнял бровь. — И что же еще я тебе говорил? — он выделил местоимение и сделал шаг вперед. Медленный, угрожающий.
Дух отпрянул, но продолжил говорить.
— Вы называли имена драконов, которым требуется защита. И я всеми правдами и неправдами заставляла их смотреть в то зеркало.
— Какой я… коварный! — ирд Д’Остраф процедил ответ сквозь зубы. — Дальше? Называй имена.
Леди Прайнет поморщилась, словно разжевала дольку лимона, но продолжила. Она назвала тринадцать имен, перечислила всех, кто смотрел в то зеркало, однако мы с Эстефанией все равно не могли назвать по этим данным драконов, которым грозит непосредственная опасность, чьи ауры уже взяты в работу ведьмой Сотхо.
— Подозрения обретают плоть. Это приближенные Ролдхара, и они будут в гнезде. Скажи-ка, дорогуша, некоторых присутствующих очень интересует вопрос. Хорош ли владыка в постели?
Мне кажется, от стыда у меня даже уши покраснели. Я посмотрела на изумрудного дракона рассерженной волчицей, но он с улыбкой на леди Прайнет глядел, ответа ждал.
— Откуда мне знать? Он на мои знаки внимания взаимностью не ответил. Пришлось вести его к зеркалу обманом. Кажется, я обещала показать ему какие-то документы в своей комнате. Но он быстро догадался, что к чему, поэтому я не уверена, что защита на нем установлена как надо.
— Почему ты бежала из дворца? — дракон скрестил руки за спиной.
