Моё появление заметил дон Кристобаль и помахал рукой, приглашая присоединиться к веселью. Наверное, они бы там подвинулись и стул принесли дополнительный, но меньше всего мне сейчас хотелось сидеть рядом с ректором. Поэтому я благодарно улыбнулась декану боевиков, но отмахнулась. Дескать, ну к чему? Ну к чему, в самом деле, такому приличному драконьему собранию безродная магичка? Не-не. Мне самое место среди равных. Тем более что знакомая компашка боевиков тут же взяла меня в оборот и организовала и место, и еду, и напитки.
— Ну, как всё было? — набросился с расспросами Луи. — Давай из первых рук!
Я, пытаясь иногда урвать кусочек-другой еды, начала рассказывать. Как нас встретили, каких громадин против нас выставили, как досталось центровой (лицо Агнессе, кстати, практически привели в порядок, да и драконья регенерация, наверное, помогла), как Рикардо взял на себя обязанности центровой, чем вызвала одобрительный смех… К нам постепенно поворачивалось и придвигалось всё больше слушателей. Всем было интересно. Ведь далеко не все могли себе позволить приобрети билеты и даже просто успеть добраться к началу игры до места её проведения.
Рассказ о том, как форвард выбил из игры де ла Мору, встретили возгласами возмущения. Я согласна. Фу такими быть! Я не стала делать акцент на том, что следующей центровой меня назначил капитан. Просто сказала, что мне пришлось принять повязку, а Диего меня защищал. Ну и я за ним пряталась как могла, пока ему тоже не попали в голову. Тут аудитория снова поддержала меня порицающими воплями. Восстание капитана почти из мёртвых встретили с воодушевлением, а самую концовку и вовсе всеобщим победным кличем.
И только тут я поняла, что погрузилась в повествование и не заметила, как меня стали слушать все. Увлёкшись, я начала говорить слишком громко и стала объектом всеобщего внимания. Дон Кристобаль аплодировал, дон Дженаро одобрительно улыбался, ректор разглядывал, будто заморскую зверюшку. Я заметила чёрный взгляд Диего и поджатые губы Каталины. Да и Тень с ними! Я же ни о ком слова дурного не сказала, кроме наших противников, которые играли не слишком порядочно.
— Почему ты не рассказала, что одно из победных трёх очков заработала ты? — раздался у меня за спиной голос Матео де ла Веги.
Я обернулась. Он сидел почти за мной на придвинутом стуле и хлопал по руке, держащей бокал с элем.
— А вы там были? — уточнила я.
— Конечно! Болел всю игру! Бьянка играла как настоящая драконица! — Он поднял бокал.
Его поддержали, послышался звон бокалов, я улыбнулась и чокнулась с ним, хотя не понимаю, почему «настоящая драконица» было комплиментом. Почему не как «настоящий боец» или просто «как истинная студентка нашей Академии»? Я не хотела, чтобы меня сравнивали с драконами. И тем более — с драконицами.
Особенно когда Диего де ла Ньетто так на меня смотрел.
К счастью, после завершения рассказа внимание ко мне схлынуло, и я смогла нормально поесть. Многочисленные соседи по столу бурно обсуждали события матча в моём пересказе, и мне оставалось лишь одобрительно мычать или мычать неодобрительно, мотая при этом головой. Зато мне досталось целых два куска торта! Андрес отказался от своего в мою пользу. Я оценила жертву и даже призналась, что у меня на Балу будет настоящее бальное платье. Если повезёт. Голубоглазый красавчик-маг сказал, что в бальном платье или без, я всё равно гарантированно буду звездой. Да что там, самой Королевой Бала! Я трижды постучала пальцем по столешнице, где на неё падала тень от кружки. Не дай Крылатая Тень мне такого счастья.
Потом сытый и довольный народ начал расходиться, и я решила воспользоваться возможностью сбежать. Сбежать мне не дали. Боевики доставили меня до общаги чуть не с песнями и плясками и даже вручили букет из собранных по дороге цветов. Для этого дорогу пришлось проложить через парк, но я попала в окружение превосходящих сил соседнего факультета, и оставалось лишь смириться с неизбежным. К тому же это был мой первый букет. И это было очень мило.
Возле общежития наша весёлая компания почти столкнулась — не физически, а во временнóм смысле, — с де ла Ньетто, который провожал свою Каталину. Ну вид у него был так себе, хочу сказать. А когда он увидел меня с букетом, так стал и ещё мрачнее. Но я-то тут при чём? Я, что ли, его к овце этой призовой на верёвочку привязала? Что на меня так смотреть? На себя в зеркало так смотри, баран чистых кровей и длинных рогов!
В общем, вроде я уела его, а настроение слегка подпортилось у меня.
Я поднялась к себе.
Марта была дома.
— Поздравляю с победой! — Она обняла меня. — До тебя было не пробиться! Ты прямо молодец! Героиня! Как ты этот мяч последний подбросила этим гадам военным! Прямо р-раз!
Марта изобразила рукой, как я перекинула единицу через сетку.
— Ты словно видела, — улыбнулась я.
— А я и видела! Я на арене была. Мне билет подарили, вот!
— Вот это тебе повезло!
Я бросила взгляд на стол, где обычно стояла ваза. Ваза была снова занята, на сей раз — дорогими оранжерейными розами.
