– Вождь воинов Великой Пустоши желает тебе того же, и надеется, что между такими могущественными народами никогда не возникнет никаких недоразумений. Его воины немного погорячились, но ведь их можно понять. На рассвете они потеряли многих своих братьев, и их кровь взывает к отмщению.
Воевода внимательно выслушал перевод монаха, и в свою очередь, усмехнувшись, ответил:
– Насколько мне помнится, воины хана сами первыми напали на нас. Мы же не дали для этого никакого повода. Всё, что нам было нужно, это всего лишь пройти мимо.
Кахт важно кивнул, и улыбнулся, обнажив ряд мелких, острых зубов. Он снял меховую шапку, и отогнал ею вившуюся возле уха надоедливую мошку.
Рутгер увидел чёрные, засаленные волосы, узкие, прищуренные глаза, на жёлтом, плоском как блюдо, лице. В голове промелькнула мысль, что вряд ли хан когда-то умывался в ближайшем месяце, а меховые одежды давно нуждались в стирке. Если раньше воевода при виде хана ощущал любопытство, то теперь, зная, что он представляет собой, ничего кроме чувства омерзения не вызывал. Однако Стальной Барс продолжал добродушно улыбаться, прекрасно понимая, что пока его отряд зависит от этого никчёмного человечка. Он был сам себе противен, но утешал себя мыслью, что это не навсегда, что он всего лишь овладевает искусством политики.
– Хан Великой Пустоши предлагает забыть все старые обиды, и в знак дружбы одарить друг друга. По законам Пустоши он должен первым преподнести гостю дар, но, к сожалению, он находится не у себя в стойбище, и не может сделать тебе, воевода, подобающий подарок, что ты заслуживаешь.
– Знаю я, какой подарок он бы мне преподнёс. – Недовольно проворчал Рутгер, и тут же вскинул голову: – Лурфар, есть у нас что-нибудь, что можно было бы отдать в качестве дара?
Монах на мгновение задумался, потёр начавшую отрастать русую бороду, и радостно улыбнувшись, сказал:
– Да! В нашей казне я видел бесполезную, золотую вещицу! И отдать её будет не жалко, и как дар она здорово подходит!
– Хорошо. – Удовлетворённо кивнул Стальной Барс. Он понимал, что подарок должен быть ценным, но не догадывался, что это может быть. Ведь он в такую ситуацию попадал впервые, и то, что подходило бы одному, совсем может не подойти другому. – Пусть кто-нибудь из твоих монахов принесёт его, а мы продолжим наш разговор. Скажи хану, что он может мне сделать гораздо больший подарок, и это совершенно не будет ему ничего стоить.
