С таким позором изгнанный от воинов, изготавливающих горшки, Стальной Барс направился к костру, на углях коего хотели обжигать изобретение Герфура, но и там для него не нашлось работы, так как Эвгурн никому не доверял это дело. Его отец был горшечником, и он в мельчайших деталях запомнил, как это должно происходить, к тому же в молодости, пока он не поступил в Тайную Стражу, он помогал отцу в его нелёгком труде.
Почувствовав себя со всех сторон ущемлённым, воевода ушёл туда, где слышался звон клинков, и свободные от работы воины упражнялись в бое на мечах. Хотя впереди и предстояли схватки с неразумными тварями, повинующимся только своим низменным инстинктам, однако терять навыки, способные не раз спасти жизнь на поле брани, не стоит.
Он тут же выхватил меч, с коим никогда не расставался, хотя больше всего пользовался перначом, и тут же вступил в игру, где удары не наносились, а обозначались. Очень скоро его группа бойцов, теснимая противником, осталась в большинстве, перешла в атаку, а скоро от условных врагов остались только царь россов и лорд Архорд.
– Оставьте мне их! – Остановил Рутгер своих воинов, видя, что те готовы ринуться в бой, и «прикончить» тяжело дышащих бойцов, оставшихся от «вражеского» отряда. Он с улыбкой оглядел Аласейа и Архорда. Те, хоть и устали, но сдаваться не желали, и, подняв мечи, ожидали нападения. – Ну, кто хочет первым выйти из игры?
– Ты слишком самоуверен, Рут! – Задорно выкрикнул росс. – Один я против тебя не устою, но когда нас двое, то шансы, по-моему, равны! Мы вдвоём сможем заставить тебя попотеть!
– Посмотрим… – Усмехнулся Стальной Барс, и заметил, как хищно блеснули глаза лорда. Нет, он ничего не забыл. Он всё хорошо помнил! И своё унижение, в присутствии многих воинов, и тот удар мечом, что не успел парировать. Чем не удобный случай, чтобы вернуть долг сполна? Вроде и не настоящий бой, но ведь всякое случается! Разгорячённые схваткой воины всегда случайно могут перейти черту дозволенного. Надо это проверить.
