Завтракали ещё затемно, при полной тишине, готовые при любом звуке схватиться за оружие. От вчерашней бесшабашности и весёлости не осталось и следа. Молодые воины, составляющие собой большую часть отряда, вели себя настороженно, и в отличие от нескольких ветеранов, почти не спали всю ночь. Почему-то всем казалось, что нападение произойдёт именно сегодня, если не в полночь, то уж к рассвету точно. Всеобщее чувство тревоги захватило всех бойцов, и даже волы с лошадьми вели себя тихо, словно понимали, что впереди, в разгорающемся дне произойдёт что-то страшное, ещё более опасное, чем было до этого.
– Ты тоже это чувствуешь? – Спросил Аласейа, помогая Стальному Барсу застегнуть горжет на спине.
– Да. – Глухо пробурчал тот, пробуя, как вытаскивается меч из ножен. – Такое ощущение, что сегодня будет жестокая сеча.
– Но ведь Эрли нас предупреждала об этом, хотя и не назвала день. Ты веришь ей?
Рутгер кивнул. Что сказать, он не знал, да и нужны ли были сейчас слова? Он был уверен, что в душе у каждого бойца творилось то же самое, иначе, откуда эти настороженные взгляды, излишне дёрганые движения, необъяснимое чувство опасности, витающее в воздухе, и кажется коим дышало само небо, покрытое лёгкими, похожими на клочки хлопка, облаками.
– Может, сегодня она скажет что-то более точно? – Вслух предположил росс. – Призвать её?
Стальной Барс опять промолчал, так как Эррилайя уже сама направлялась к воеводе. На её лице не было заметно никаких следов тревоги. Казалось, что ещё немного, и она запоёт какую-то весёлую, беззаботную песенку, так свойственную всем девчонкам в её возрасте. Её глаза светились радостью, и в них можно было легко увидеть безмерное счастье.
– Доброе утро, мой воевода! – Как всегда с оттенком лёгкой иронии воскликнула она. – Чем сегодня все так озабочены? Даже никогда не унывающий Сардейл точит свою секиру, и молчит, будто готовится к смерти!
– Разве ты ничего не чувствуешь? – Спросил Рутгер, и ощутил, что помимо своей воли, начинает улыбаться. Ну не мог он смотреть спокойно на маленькую ведьму! Она определённо ему нравилась, если не больше. Любовь? Не может быть! Хотя, кто знает, как она возникает? У Стального Барс никогда не было опыта в таких делах. Он даже не знал, как вести себя в присутствии девушки. В Храме Бессмертного Тэнгри как-то не учили этому, делая основную ставку на воинское искусство.
– А что я должна чувствовать? – Весело спросила Эрли.
– Ты видела вещий сон? – Быстро перебил её Аласейа.
