– Не знаю. – Для пущей убедительности Увгард пожал плечами, рукавом рубахи вытер пот со лба, и, помолчав, видя, что Рутгер его не торопит, продолжил: – Не нравится мне ни Герфур, ни Эвгурн, ни Архорд. Есть в них что-то такое, что настораживает.
– Я знаю Герфура с детства. Мы почти всю жизнь провели вместе! Нас даже в воины посвящали в один и тот же день. – Стальной Барс нахмурился. Он был недоволен тем, что Увгард сравнивал его друга с Архордом. Как можно Герфура ставить на одну доску с лор-дом? Они же отличаются как небо и земля! Конечно, он отдалился, стал немного другим, но ведь это неизбежно! Каждый человек меняется, и пересматривает свои взгляды на жизнь, особенно в мире, где каждый день может стать последним.
– Может, мне это только показалось? – Сам себе задал вопрос Увгард. – Хотя… – Он ещё немного помолчал, и, махнув рукой, видимо решившись на что-то такое, что его никак не могло красить, сказал: – Я видел, как бились с людьми Герфур и Эвгурн. И тот, и другой плохо владеют мечом. Но не это главное. – Увгард замолчал, и заговорщицки посмотрев по сторонам, придвинувшись к воеводе ближе, прошептал в самое ухо: – Мне кажется, что Герфур и Эвгурн – ассаны.
Вздрогнув от этих слов, Рутгер поспешно отодвинулся от учи-теля, словно спешил избежать какой-то опасности, и, глядя ему в глаза, пытаясь в них разглядеть что-нибудь похожее на шутку, произнёс:
– Это серьёзное обвинение, и они могут вызвать тебя на поединок. Почему ты так говоришь? Что ты видел, что заложило в твою душу такие сомнения?
– Я – воин, а не лорд, и, наверное, не смогу объяснить своих замечаний, но поверь мне – они не лишены основания. Пусть они вызывают меня на поединок! Так будет даже проще! Одним махом мы сможем избавиться от тройной угрозы. На своём веку я убил немало врагов, и среди них было трое ассанов.
– Клана наёмных убийц уже давно не существует! – Воскликнул воевода, и, вскочив со стула, прошёл по комнате, проскрипев половицами, остановился у окна, затянутого мутным стеклом. Убийство Балвера говорило совсем об обратном, и в это совсем не хотелось верить. Во дворе крепости, вымощенным булыжником, Сардейл продолжал муштровать вигов. На это зрелище собрались посмотреть все русы, свободные от дозора, а многие, по всей видимости, были не прочь присоединиться к строю воинов, прикрывшихся щитами и ощетинившимися копьями.
– И, тем не менее, он существует.
