– Эта девочка далеко пойдёт. – Вождь немного помолчал, и с ярость добавил: – Сколько же злости и ненависти в этом исчадии ада! Сколько коварства и лжи! Нет. Она никогда не остановится, пока не добьётся своего, и из моей головы не будет сделана вот такая же чаша. – Тартей поднял сосуд, разглядывая со всех сторон, будто видел его в первый раз в жизни.
– Мы помогли ей в битве с императорскими гвардейцами. – Честно признался Рутгер, прекрасно осознавая, что это скрывать уже нет никакого смысла. Если это не скажет он сам, то это расскажет вождю Сайан, и безусловно, до Тартея скоро дойдут слухи. Новости в этом мире иногда распространяются гораздо быстрее, чем хотелось бы.
Ювгер в молчании покивал, и вдруг вскинув голову, как-то отчаянно улыбнувшись, воскликнул:
– Руссия полнится слухами о ваших великих победах, и клянусь Богами, имени каких нельзя произносить вслух, нет человека, не слышавшего о вас! Никто и никогда не отваживался спускаться в подземелья Егдера! А нежить, обитающая там гораздо опаснее, чем мутанты!
– У нас ещё будет время поговорить об этом. – Виг решил прервать восторженную речь вождя. Сейчас его интересовало только убежище Древних Богов, хотя и весть о том, что его племянница жива и здорова, несомненно, заставило поволноваться Тартея. – Неизвестно ли уважаемому вождю ювгеров о том, где можно чаще всего встретить ваших врагов?
– К сожалению, они могут появиться где угодно. Но это было раньше. Опасность другого рода поселилась в этих местах. – Голос вождя погрустнел, и он со вздохом добавил: – Многое изменилось. Древнее зло наступает на нас со всех сторон, и твари выдавливают нас с наших же земель! Мы сражаемся с ними, но нас слишком мало, чтобы сдержать нескончаемый поток мутантов. Разве может горстка воинов противостоять мощным волнам, коим нет предела?
Ну, вот. Наконец-то добрались и до серьёзного разговора, ради какого и затевалась эта трапеза. Вождь Тартей нахмурился, и долго молчал, выжидая, кто заговорит первым, смотря в чашу с вином, будто надеялся разглядеть там ответ на вопрос, долгое время не дающий ему покоя. Всем своим видом он показывал, как трудно принимать ему какое-то решение, и какая это большая мука – сделать правильный выбор.
