– Могу ли я от лица уважаемого вождя Тартея пригласить к его столу и пару своих друзей?
– Конечно. Вы – гости в лагере друзей, и вольны делать всё, что вам угодно. – Незнакомец снова поклонился, сделал шаг назад, и, повернувшись, отошёл в сторону.
Чувствуя себя ещё не совсем уверенно, Рутгер подумал, что было бы неплохо пойти на встречу с вождём в обществе Аласейа и Сардейла. Похоже, что от первого визита многое решится, и цель их похода может, как приблизиться, так и отдалиться. Тартей. Какой он? Чего от него следует ожидать? Такой же он, как и его родственница по крови Зурия, говорящая одно, делающее другое, а думающее про третье, или он честный и не любящий кривить душою человек? Из рассказов Сайана можно подумать, что он почти святой, но ведь кто не будет нахваливать человека, с каким его самого связывает крепкая, многолетняя дружба?
* * *
Глава 20.
Вождь Тартей оказался человеком далеко за пятьдесят, с седой, длинной бородой, но ещё крепкий, кряжистый, как столетний дуб, с внимательными, проницательными глазами, словно заглядывающими в самую душу, и скрыть что-то от них было невозможно. В меховых одеждах, в высокой, мохнатой шапке, блестящими из-под небольшого козырька очами, он казался настоящим медведем, вздумавшему забраться в шатёр и усесться за низким столом, уставленном нехитрыми яствами, сложив ноги.
По правую руку от него сидел Сайан, ещё не успевший подавить улыбку, вызванную разговором, прерванным появлением Рутгера с друзьями. Слева, чуть в стороне, в таких же одеждах, сложив ноги, находились два угрюмых воина, встретивших гостей настороженными взглядами.
Вдохнув аромат свежезапечёного мяса Стальной Барс только сейчас почувствовал, как голоден, и желудок свело в ожидании пищи. Голова закружилась, и воевода едва смог устоять на ногах.
Тартей неожиданно резво для своих лет вскочил на ноги, поклонился, и обнажив белые, крепкие зубы в улыбке, протянул через стол ладонь для рукопожатия, как это было принято в стране русов:
– Рад приветствовать в своём скромном жилище, героя, о подвигах коего говорит вся Руссия!
Виг ответил на приветствие, отметив про себя, что рука вождя ещё не утратила былую силу, и ещё совсем недавно сжимала тяжёлый, боевой топор:
– Хочу заверить почтенного Тартея, что все подвиги, что мне приписывают, совершили мои друзья, и я волею судьбы поставлен воеводой над ними, хотя и не заслуживаю этого.
Ювгер сделал приглашающей жест, быстро оглянулся на Сайана, и засмеявшись, заметил:
– Как ты и говорил, он очень скромен!
