— Пожалуйста, — с придыханием говорила Ирис, а может, просто притворялась. Жейффа замотала головой и посмотрела на книгу. Сияющая сфера света не давала прикоснуться к ней. — Если не заставить Клото высвободить Духов, шестое пророчество Калханта сбудется не по тому пути, и Кейт, Ванесса и Минерва умрут! Сделай, как я прошу, или Клото рано или поздно убьет твоих подруг, истощив их силы в этом неравном поединке. По одиночке вам нечего противопоставить самой Квин Парке, вы очень слабы, а она могущественная колдунья и первая сила на земле в данный момент.
Бабочка взглянула на сражающихся с Паркой девочек. Они прятались за тележками, атаковали и снова укрывались. Зефлора обвивала руки королевы сверкающими зелеными лианами, но та искусно из них выпутывалась и отправляла в обратку, присоединив силу сизых нитей, от удара которых Зеф со вскриками падала оземь. Олин с другой стороны пускала оранжевые молнии, но Парка с помощью жезла отбивала их как щитом, и молнии рикошетом летели назад, врезаясь в землю рядом с дивой и со взрывом откидывая ее в сторону. С третьей позиции Фая накручивала морские шары и непрерывно запускала их в Парку, и та либо укрывалась от них плащом, либо отправляла назад в девушку.
Жейффа наизусть помнила все шесть предсказаний избранного пророка. Последнее было самым тревожным.
—
— В этой книге содержатся самые могущественные заклинания со всего мира, в том числе и заклятие уничтожения, — Ирис устало выдохнула и опустила голову. — Просто импровизируй.
Бабочка оглядела площадь, чтобы оценить, что происходит и как ей дальше действовать. Девочки все также атаковали из укрытий, прячась за опрокинутыми телегами, Квин Парка стояла по центру. Вокруг места бойни то и дело подлетали в воздух куски земли и жухлой травы, пыли, ошметки яблок, груш и разных овощей, от взрыва молний и нитей от деревянных телег летели щепки, во все стороны брызгала вода. А в стороне истуканами с черными глазами, абсолютно игнорируя происходящее, стояли Селена и Беллона.
Жейффа поднялась на ноги и, прижав к себе книгу, направилась к Парке.
* * *
Обхватив раненое правое плечо левой рукой, по тыльной стороне которой струилась ее собственная теплая кровь, Келайно с трудом переступала с одной ноги на другую, прихрамывая и еле передвигаясь вдоль стены замка. Жители города в большинстве своем в поношенных льняных и домотканых одеждах серого или коричневого цвета, едва завидя гарпию, со вскриками шарахались в разные стороны и, толкая друг друга, убегали прочь. Девушка давно привыкла к такому поведению, поэтому не обращала внимания, а просто шла вперед.
Она не знала, куда, и что будет делать дальше. Она слышала, как за высоченной стеной идет ожесточенная борьба, но сильно раненая, она ничем сейчас не могла помочь воинам Света. Плюсом к ситуации, Парка убила ее подруг. Неожиданно для себя судорожно всхлипнув, Келайно остановилась.
Гарпия вдруг поняла, что по ее щекам текут слезы. Для нее это было непривычно. Даже осознавая предательство Кейт там, на балконе маркизы в Баттерфлае, она ранее не испытывала ничего подобного. А сейчас девушка ощущала, как будто ее вспороли изнутри и вывернули все внутренности. Сброс чувств в ментал больше не помогал, либо она не в состоянии была сосредоточиться, чтобы сделать это как следует. Застонав то ли от переизбытка чувств, то ли от боли, разливающейся по ее телу, Келайно с трудом, еле переставляя онемевшие ноги, двинулась дальше.
Какая-то мамашка, завидя ее издали, выбежала на порог своей покореженной хаты и, схватив в охапку маленького ребенка, уволокла его внутрь, громко захлопнув хлипкую дверцу из хвороста. Взглянув на это подобие входа, девушка вздохнула. Чуть далее она заметила другую фигуру, которая стояла, не шелохнувшись, и разглядывала ее во все глаза.
Женщина в белом чепчике с кружевами по борту, в темно-коричневом льняном платье до пят с длинными рукавами, грязном сером фартуке, повязанном сверху, с полной картофелем плетушкой в руках, она стояла и смело смотрела на гарпию. Келайно прищурилась, а потом узнала ее.
На миг ей показалось, что в воздухе стало нечем дышать. Женщина слегка склонила голову набок в пригласительном жесте и направилась в дом, рядом с которым стояла. Она вошла в такую же плетеную из хвороста дверь, как и у ее соседки. Келайно, повинуясь приглашению, двинулась вперед и откинула легкую дверь, едва державшуюся на петлях.
