Какая-то неведомая сила заставила всё-таки превратить стремительное падение МиГа в горизонтальный полёт на высоте пары десятков метров от взлётно-посадочной полосы. Огненные струи вырвались из могучих двигателей, и оглушительный рёв разнесся над застывшим аэродромом. Форсаж! Огромная птица, созданная из титана и стали, взмыла к облакам, торжествуя победу.
– Что, как каменные стоите? Это Игорь Волк тренируется, – вернул нас к жизни знакомый голос нашего начальника аэродромной службы. – Скоро полетит на "Буране".
Через месяц я оказался уже в Новосибирске. Заместитель главного инженера, получив от меня вязанку обещанной астраханской воблы, повёл по цехам, показывая новую модификацию самолёта:
– Что скажешь? Молодцы мы? Видишь, как быстро запустили новинку в серийное производство.
– Молодцы, настоящие молодцы! Только скажу тебе моё личное мнение. Сделайте три-четыре машины и всё, переводите производство на другую модель. Я был на последних испытаниях, всё видел своими глазами. Заказчик откажется от ваших самолётов. Наступают новые времена, очень трудные и для завода, и для всей страны. Начинайте готовиться к ним. И покажи-ка мне то, чего я ещё не видел никогда.
– Ничего-то от вас не утаишь. Пошли в цех. Там совсем новая для нас работа, новые материалы, новые технологии, фантастический аппарат летательный строить начали. Тебе будет интересно, да и в твоей конструкторской жизни пригодится. Заодно, что-нибудь полезное нам подскажешь. Уж очень тяжело нам приспособиться к новым материалам, это ведь не дюраль, напильником не поправить огрехи, – поделился своими заботами мой давний надёжный товарищ.
Огромные створки грузового отсека "Бурана" на сборочном стапеле привели меня в полный восторг:
– Умеем, когда надо! Головастые мужики в Советском Союзе! Вот это самолёт! Космический корабль! Жаль, что не дадут полетать на нём. Это техника не для простых пилотов! Огромных денег стоит, не осилит страна такое большое дело. По-хорошему, нам бы народ накормить для начала. В магазинах прилавки пустые, ребятишки мяса месяцами не видят, а без него настоящего воина не вырастить. А нам без солдата землю Русскую не отстоять…
Самолёты – вот работа моя и любовь на всю жизнь. Горы и леса, страны и моря мелькали под моими крыльями год за годом. Тяжёлые бомбовозы, стремительные истребители, тихоходные кукурузники дожидались на своих аэродромах, разбросанных по земному шарику. Словно скорая помощь, спешил я со своей дружной бригадой на выручку серебряным птицам, попавшим в беду.
Эта злая тётка Беда и нас частенько караулила в небесных джунглях. До чего же хитра бестия. То напустит на наш самолёт грозу с беспощадными молниями, то начнёт кидать в моторы ледяную крошку, то закрутит компас по кругу, перемешает север с югом, а восток с западом. Проверяет наше умение летать всем ветрам назло. Одним словом – тётка Беда, она и есть беда, ничего хорошего от неё не жди. Держи ушки на макушке!
Ровно гудят моторы нашего любимого Як-40. Бригада спит в салоне после тяжёлой работы в Новосибирске. А у меня на душе тревожно. Сам не знаю почему. Глаз не отрываю от иллюминатора. Всё замечательно, всё спокойно. Безоблачное небо, зелёные пшеничные поля внизу, реки неспешные поблёскивают на изгибах своих.
Только солнечный диск не на своём месте. Летит рядом с самым кончиком правой консоли крыла, глаза слепит. Бросил взгляд в левую сторону, там настоящее наше солнышко щурится. Что за ерунда! У нас скорость 500 километров в час. А этот светящийся шар без всяких усилий, без дыма и огня летит рядом с нами. Надо бы отделаться от него.
– Командир, у нас с правого борта непонятный объект рядом летит. Давай, придумай, как избавиться от незваного гостя, – говорю нашему пилоту.
– Что за объект?
– Сам не пойму. Какой-то шар светящийся нас сопровождает, похож на шаровую молнию.
– Принято, попробую аккуратненько уйти влево со снижением, – соглашается мой тёзка. Потихоньку, помаленьку непрошеный гость начинает отставать. Вдруг, стремительно исчезает из виду, а наш Як-40 сотрясает мощный взрыв.
– Отказ третьего двигателя! Будем аварийно садиться на ближайший аэродром.
– Выручай, Коля! Вся надежда на тебя. Давай, постарайся, – мысленно прошу за всех своих друзей и товарищей.
На честном слове дотянули до Омска. Пожарные машины, как пчёлы на мёд, бросились к нам, лишь только колёса коснулись бетонки. Молодцы парни, не спят на посту.
Местные техники подкатили лестницу. Поднимаюсь по ней и заглядываю спереди в верхний двигатель, а там – дыра насквозь. Один кожух от мотора остался. Это же какая силища в злом шарике была, что за секунду превратила в пар сталь и титан? Вот тебе, Коля, и подарок от тётки Беды.
