«Малая земля» появилась в феврале 1978 года в журнале «Новый мир». Этот журнал вплоть до начала 70-х годов считался почти оппозиционным. Да и позднее оставался самым либеральным из всех толстых журналов. За год до Брежнева здесь печатался, например, Василий Аксенов. Таким образом, это был своего рода «либеральный жест» со стороны генсека. Позднее в «Новом мире» появились и последующие главы: «Возрождение», «Целина», «Жизнь по заводскому гудку», «Чувство Родины». Последние три главы — «Молдавская весна», «Космический Октябрь» и «Слово о коммунистах» — публиковались уже после смерти Леонида Ильича, в январе 1983 года. (Главу о космосе по сравнению с прижизненным текстом сократили втрое.) Задумывались и последующие главы, под заголовком «На посту генсека», но они так и не вышли в свет.
Воспоминания Брежнева привлекли всеобщее внимание. Это видно хотя бы из того, что они породили целый вал анекдотов. Встречались среди них и относительно безобидные, например:
«В ответ на бессмертную трилогию Леонида Ильича Брежнева — «Малая земля», «Возрождение» и «Целина» — китайский раскольник и ренегат Дэн Сяопин написал трехтомный пасквиль: «Мало земли!», «Возражение» и “Цели нет”».
«Книгу Брежнева «Возрождение» печатают в газете «Унита». В переводе на итальянский книга называется «Ренессанс», а имя автора — Леонардо».
«Карпов дисквалифицирован в матче с Корчным. У него обнаружили допинг: в правом кармане — «Малая земля» Брежнева, в левом — его же “Возрождение”».
Были и другие анекдоты, гораздо более едкие, высмеивавшие фронтовую биографию Брежнева:
«Поссорились два ветерана, и один сказал:
— Пока я на Малой земле судьбу войны решал, ты небось в Сталинграде отсиживался».
«Англичане захватили Фолклендские острова, а что делать с ними, не знают. Спросили Рейгана.
— Не знаю, — ответил Рейган, — спросите у Брежнева, это он большой специалист по малым землям».
«Брежнева представили к Нобелевской премии по астрономии — он сумел доказать, что большая Земля вращается вокруг Малой».
«Что такое Великая Отечественная война? — Всего лишь маленький эпизод в большой войне на Малой земле».
«Кто тот садовник, который собрал большой урожай с Малой земли?»
«Эпиграф к «Малой земле» Брежнева: “Все, что было не со мной, — помню”».
«Подвиг твой неизвестен, имя твое бессмертно».
«Беседуют два офицера:
— Когда говорят, что Брежнев — видный военачальник Второй мировой войны, мне на ум приходит Чарли Чаплин.
— При чем тут Чаплин? Он никакого отношения к военным делам не имел.
— Потому он и вспоминается».
«Сын отцу:
— Папа, а мы сегодня были у памятника неизвестному полковнику Брежневу!
— А почему неизвестному, если это Брежнев?!
— А нам учитель сказал, что никто не знает, был ли он полковником, а если был, то когда?!»
Но при этом, как ни странно, те, кто задумал напечатать воспоминания Брежнева, отчасти добились своей цели. Образ генсека стал гораздо ближе, понятнее рядовым людям, чем это было раньше. Он стал для них более «своим».
«Солдаты свободы». При жизни Леонида Ильича в Советском Союзе появился только один художественный фильм, где он присутствовал на экране, — «Солдаты свободы» (1976–1977). Сама картина, состоящая из четырех серий, снималась с небывалым размахом, как грандиозная эпопея. Сражения на экране изображали армии пяти стран: СССР, Болгарии, Польши, Румынии и Чехословакии. Роль молодого Брежнева — небольшую, почти эпизодическую — сыграл Евгений Матвеев.
«Его появление в «Солдатах свободы», — рассказывал артист, — держалось в строжайшей тайне от самого генсека, потому что планировалось как своего рода приятный сюрприз к его семидесятилетию… Правда, была попытка устроить мне наблюдение за ним вблизи. Я должен был находиться в толпе корреспондентов, провожавших вождя, когда тот улетал в Берлин. Но от этого плана пришлось отказаться. Генеральный секретарь мог узнать меня и поинтересоваться, что, собственно, я, артист Матвеев, делаю среди журналистов». Актер вспоминал, как перед съемками допытывался у референта генсека Евгения Самотейкина о чертах характера своего героя.
— Надо попасть в десятку, — объяснял Матвеев своему собеседнику. — То есть выявить в персонаже главную особенность его характера и наиболее ярко воплотить ее. Так вот, каким прилагательным вы определите Леонида Ильича?
— Добрый! — не задумываясь, отвечал тот. — Поверьте, очень добрый человек. Это и есть главная черта его характера.
— Но как, в чем проявляется его доброта?
— Пожалуй, в сентиментальности, острой чувствительности.
— Так, — продолжал свои расспросы артист. — Такой Леонид Ильич хороший… А какой он злой?
— Злым я его никогда не видел. Но если он в крайнем возбуждении, в гневе… О!..
— Бывает такое?
— Случается…
Впервые Леонид Ильич появляется на экране только в четвертом, последнем фильме эпопеи. Вся она длится более шести часов, а Брежнев находится в кадре около шести минут. В первом эпизоде он перед наступлением в Карпатах читает товарищам письмо погибшего красноармейца. Во втором — поздравляет их с выигранной битвой.
