— Да-да. Связи и окружение наверху иногда гораздо важнее личных заслуг и качеств. Так вот, не хватило их у меня. А тут новое руководство, Маленков — аппаратчик, у него свои собственные подходы к кадрам. Я его расположением не пользовался. Был молод и горяч. Порядок я в армии и на флоте наводил недолго, около года, но авторитет у военных заработал, а это иногда, при определенных ситуациях, очень много значит.
— А как вы оттуда выбрались? — продержали расспрашивать его слушатели. — Видно, нелегко это было?
— В политике все нелегко. И вверх и даже вниз. Главное, стойкость и целеустремленность. И повезло мне: попал в Казахстан, на целину, лучшую школу для приобретения опыта трудно найти. Да и недоброжелатели там меня достать не смогли. А главное, ближе к народу, к его взглядам и привычкам, быть попроще, не задаваться, как у нас говорят. Помните песню: «А слава тебя найдет»? Ну и самому поработать надо…
В июне 1953 года Брежнев принял участие в аресте Лаврентия Берии. По понятным причинам этот арест боялись доверять чекистам, и его произвела группа военных во главе с маршалом Жуковым. Леонид Ильич тоже попал в эту группу. Он охранял снаружи двери комнаты отдыха, куда сразу после ареста отвели Лаврентия Павловича. Всесильный чекист мгновенно превратился в «матерого врага народа» и «агента британского империализма». Начальник охраны Брежнева Александр Рябенко говорил: «Брежнев был очень смелым, решительным человеком. Он участвовал в аресте Берии, о чем мало кто знает…» Кстати, Леонид Ильич прекрасно понимал условность всех этих обвинений. Позднее, когда зашла речь о судьбе сына Берии, он заметил кому-то из соратников:
— Что ты делаешь вид, будто не знаешь, что все это дутое дело…
Через некоторое время судьба вновь начала поднимать Брежнева наверх. На XX съезде партии в 1956 году он занял те же посты, которых лишился в день смерти Сталина.
«Народ прав — не как идея, а как натиск». От народного празднества и карнавала один шаг до волнений и беспорядков. И в этом смысле восстания в Венгрии, Новочеркасске, Кенгире, Тбилиси, волнения в Польше стали закономерной частью «оттепели». В 1959 году и Брежневу пришлось напрямую столкнуться с этой стихией — знаменитой стихией «русского бунта». Правда, в годы молодости Леонида Ильича эта стихия захлестнула всю страну, да и сам он во многом был ее порождением. Он замечал, уже будучи генсеком: «Мне кажется, народ прав — не как идея, а как натиск, как воля, как отчаяние…» Но теперь Брежневу следовало, наоборот, противостоять этой стихии, вводить ее в берега.
Восстание в городе Темиртау вспыхнуло стихийно; как это часто бывает, из-за бытовых неурядиц. На стройку Карагандинского металлургического комбината со всей страны приехала молодежь. Палатки строителей украшали разнообразные надписи, например «Привет из Тбилиси» или «Одесса-мама». Жилось в палатках трудно, питьевую воду хранили в больших цистернах, которые раскалялись под жарким летним солнцем. В какой-то момент выяснилось, что вода испортилась. Собралась негодующая толпа. Милиция невольно усилила волнения, когда задержала нескольких «зачинщиков». После этого восставшие штурмом взяли отделение милиции, чтобы освободить арестованных.
Восстание приобретало размах. Кроме милиции, разгромили столовые, магазины, ларьки, брали оттуда продукты и спиртное. Очевидец событий шофер Михаил Христенко вспоминал: «Вечером 1 августа 1959 года я возвращался в Темиртау на грузовике… Когда мы проезжали палаточный городок в восточной части города, нам стали попадаться разные группы. В машину начали кидать камни — разбили стекла, фары. Мы еле выбрались… Комсомольцы кругом пьяные ходят. Нашу автобазу разгромили, угнали, по-моему, 18 машин… В общем, ужас что было. Солдаты еще стояли у здания треста КМС, так они в них стреляли исподтишка. Оружие какое-то они, кажется, в РОВД взяли, которое потом разгромили».
Брежнев прибыл в Темиртау, чтобы руководить наведением порядка. Среди разгула уличной стихии он сохранял полное самообладание. Динмухамед Кунаев (после этих событий возглавивший Казахстан) писал: «Мне понравилась решительность Брежнева в те дни. Безбоязненно он появлялся среди групп зачинщиков беспорядков и разговаривал с ними спокойно, но и довольно сурово. Люди невольно подтягивались, крики и гам стихали, и можно было вести разговор в спокойном тоне».
Но без применения силы не обошлось. Во время столкновений с войсками, по официальным данным, погибли 16 участников восстания, более сотни были ранены. Через три дня в городе восстановился порядок. При жизни Брежнева эта страница его биографии — восстание в Темиртау — никогда не упоминалась. Возможно, он считал, что применение оружия против толпы, хоть оно и было неизбежно, бросает на него определенную тень.
Как ни странно, в известном смысле восставшие добились успеха. Бытовые условия улучшились, местное руководство сменили. Кроме того, Брежнев специально приезжал в январе 1959 года в Казахстан, чтобы отправить в отставку прежнего руководителя республики.
