– В том-то и дело, Джейк, ты не напивался, – объявляет Ли, победоносно блестя глазами. – Камеры наблюдения в доме охватывают почти каждый уголок. Мы можем видеть все, что происходило, пока в два сорок две запись не оборвалась. Я пересмотрела ее много раз, и ты всегда есть на видео, пока не входишь вместе с Тиган в ее спальню. – Она сверяется с записями. – За два с половиной часа ты выпил три пива и одну рюмку текилы. По мнению нашего эксперта, при твоем росте и весе этого мало, чтобы отключиться и на следующее утро страдать от похмелья с рвотой. Я обратила внимание на интересный факт: твое состояние лишь усугублялось после того, как ты прекратил пить, а запись показывает, что наркотиков, которые предлагались на вечеринке, ты не употреблял. – Ли наблюдает за моей реакцией и продолжает: – И тогда у меня возникла идея насчет того, что случилось с тобой на самом деле, Джейк. Теперь же, благодаря сообразительности твоей девушки, мы взяли под стражу Маркуса. После того как я выдвинула ему свою теорию и провела дальнейшие разыскания, все подтвердилось. Дело в том, что Тиган Шеффилд подмешала тебе наркотик.
У мамы начинают дрожать руки.
– Хотите сказать, моего сына накачали седативным препаратом?
– Это все меняет, – подтверждает мистер Клайн.
Ли кивает.
– Маркус продал Тиган, как он это называет, «любовный напиток», и она подлила его в текилу. Но потом кто-то отравил и саму Тиган, что не было задумано заранее.
У меня внутри все падает.
– Зачем она это сделала?
Андервуд кривится:
– Чтобы выиграть пари. По словам Маркуса, Тиган призналась Шоне, что ты можешь отказать ей в поцелуе, поэтому она купила наркотическое вещество, чтобы подмешать тебе в напиток.
– Господи твоя воля, – лепечет мама, крестясь.
Адвокат ободряюще улыбается мне, а детектив продолжает:
– На прошлой неделе офицер Ли посетила сейф для вещдоков, забрала все рюмки с надписью «Выпей меня» и отдала их на экспертизу. Две из них – а не одна – содержали следы запрещенных веществ. Отпечатки пальцев и следы слюны на них говорят о том, что из них пили ты и Тиган. Ты ничего не помнишь, Джейк, потому что Тиган добавила в твою текилу гидроксибутановую кислоту и жидкий экстази. Все, что случилось с тобой потом, соответствует эффекту от подобного коктейля. Кислота вызывает потерю памяти и покорность, а стимуляторы в экстази повышают либидо, гарантируя способность… к определенным действиям.
Ли прочищает горло:
– Однако мы пока не знаем, кто накачал наркотиком саму Тиган и она ли установила камеру и вывела изображение на телевизор. Нет свидетельств, что Тиган планировала записывать себя или давала такое поручение кому-то из друзей. Мы считаем, что тот, кто ее отравил, счел забавным посмотреть, как она потеряет власть над собой. В целом это представляется предательством Тиган, которое обернулось трагедией.
Мама бледнеет.
– Предательство?
– Извините, – говорит Ли. – Я знаю, что это трудно осознать.
Андервуд вынимает из папки с бумагами записную книжку и показывает нам открытую страницу.
– В пятницу после бдения в честь Шоны миссис Мур нашла дневник дочери. Мы считаем, что вот в этой строчке: «Знай он (речь о Джейке) правду… переубивал бы нас всех» – имеется в виду отравленная текила. А в этой: «Нужно выдать его» – говорится о ее бойфренде-дилере, который продал им вещества.
– Но кто отравил саму Тиган? – спрашиваю я.
– Мы еще расследуем это обстоятельство, как и смерть Шоны.
Ли смотрит на меня с печалью и любопытством, а я не могу поверить услышанному.
Андервуд громко вздыхает и кивает на Ли.
– Наш полицейский вундеркинд еще не разгадала всех тайн, в том числе личность того, кто засунул Тиган в ящик. Но это был не Маркус. Он ушел с вечеринки в два десять и засветился на камере наблюдения в казино в два тридцать. Там он играл в блэкджек почти до пяти утра и потом поехал домой. Кроме того, пропавшая камера так и не найдена. Маркус солгал Джессике, что она у него. В закусочную он принес совсем другую. Тот, кто напал на Тиган, все еще на свободе.
Я начинаю ерзать на стуле.
– Откуда вы знаете, что это не я?
– Мы не знаем, – цедит Андервуд, складывая большие руки на колени. – Моя рабочая версия остается прежней: ты сговорился со своей подружкой, чтобы отмстить за видео.
Я смеюсь. Мама качает темноволосой головой, трепеща от переживаний.
– Мой сын не обижает девушек.
Мистер Клайн бодро кивает:
