Когда-то давно, когда я был ещё совсем мелким, он подвешивал меня на этот крюк. Я тогда шебутной был и сильно гиперактивный вот, он меня и фиксировал таким, крайне злодейским образом. Одной рукой он снимал с крюка тяжеленный мешок, а другой подващивал за воротник куртки моё тощее тельце. Потом, вставал напротив и с выражением зачитывал заметки сталкера Хрошина повествующие о повадках скалистого Квакера, или Песчаного засадника, или других редких тварей.
- Я вырос уже, – напомнил я Щепке. Ну, чтоб он обратил внимание на то, что я вешу ни сорок килограмм как в те замечательные времена, а все семьдесят. Да и вообще, не солидно это, висеть подвешенным на крюке, взрослому почти шестнадцатилетнему парню.
— Это что-то меняет? – Вопросительно хмыкнул Щепка и вновь, постучал пальчиком по деревянной поверхности.
Я вздохнул и встал с дивана. За свою короткую жизнь я понял одну простую истину – спорить со Щепкой занятие бессмысленное и совершенно бесперспективное.
Но смириться, не значит сдаться.
Всем своим видом показывая, что категорически против любого насилия в отношении собственной персоны я прошёл в центр кухни и уселся на табурет.
- Хорошо. – Кивнул Щепка.
Затем, вновь превратившись в недовольную и слегка горбатую цаплю, принялся, молча и задумчиво мотыляться из одного конца комнаты в другой. Я же в это время, сидел на стуле и мотал башкой, пытаясь не упустить его из поля зрения. Наконец, он замер.
- Ты понимаешь Дмитрий, что вот эта твоя нерешительность в отношении Софии, она не пройдёт для тебя даром. Ты этого не увидишь, естественно, но она, может кардинально изменить твой характер? – И Щепка обвиняюще, словно указку, направил свой неимоверно длинный палец точнехонько мне между глаз. – Дождёшься и станешь этаким зашуганным нюней. Что в воскресный день боится перебежать дорогу на Сокольниках. Ты этого хочешь?
- Ну, тоже скажешь. – С таким моим будущим, я согласен не был.
- Запомни. Любой сделанный тобой шаг определяет твоё дальнейшее развитие, - назидательно изрёк Щепка и, перенаправив свой длинный палец в потолок, добавил. – Но любой не сделанный тобой шаг, определяет твоё дальнейшее развитие в два раза сильней. Хоть это-то ты понимаешь?
- Да как его сделать-то? – Возмутился я. – Советовать то легко, а сделать как?
Я хотел даже вскочить и по жестикулировать для наглядности, но Щепка, мгновенно пресёк мой порыв, хлопнув ладошкой мне по плечу.
- Я, конечно, изначально был против этой связи, но тут, похоже, клиника. Надо, что-то решать, – тихо прошептал он, затем вскинул голову. – Подойти и предложить погулять в парке, например. Такое не пробовал? – Хмыкнул он. И следом удивился. – Ты же, насколько я помню, уже дружил с девочками. С этой, как её, с Иришкой дружил. И с Лерой Кляксой. И с рыженькой, косички у которой, забыл как её зовут….
— Это другое – поморщился я.
Все эти девчонки были, как бы это объяснить? Обычными, что ли? Я с ними на одной улице рос и в одну школу ходил. Знал их с самого детства. Что с ними выкаблучиваться? Сводил в киношку или на танцы, купил мороженого у тёти Хмели и смело можно тискать в подъезде. А Лерку Кляксу так и на чердак утянуть.
А вот София, это совсем другое. У меня даже в мыслях не укладывалось, как с ней можно было о чердаке разговор завести? Да что там о чердаке? В кино-то позвать язык не поворачивался.
- Что другое? – Не понял Щепка. – Она какая-то особенная? Необычная? Искры из глаз, дым из ушей, хвост? Что другое?
- Э-ээ… - я не нашёлся, что на это ответить. Немного поэкав, наконец, вспомнил. – Она красивая.
- Так тем более её надо приглашать. – Неизвестно чему обрадовался Щепка. – Так сказать – впустить толику прекрасного в свою серую жизнь.
- Страшно, - честно признался я и принялся изучать сучок на полу. Даже ногой его немного поковырял.
- Хорошо – сказал Щепка, но таким тоном, что становилось ясно – «Хорошего» в этой ситуации, кот наплакал.
Развернувшись и заложив руки за спину, он принялся ходить из угла в угол. Походив, вновь остановился напротив меня.
- Давай пойдём другим путём – предложил он.
- Давай – согласился я.
- Чтобы вернуть назад, нашего прежнего бесстрашного Дмитрия, которого мы с тобой знали. Мы пойдём от обратного – хитро улыбнувшись, предложил он. И направил свой длиннющий палец куда-то в сторону кухни. Я невольно поглядел туда же и, честно сказать, никакого другого пути там не увидел. Щепка же продолжил – Допустим, ты подойдёшь к этой своей девочке…
- К Софье, – напомнил я.
- К Софье, – согласился Щепка. – И предложишь ей сходить с тобой на выставку, а она не согласится. – Тут он ткнул пальцем в билеты, которые я по-прежнему мял в руках. – Что произойдёт?
- Ох-хохо – прошептал я.
И у меня, только от одной этой мысли, тут же взмок лоб.
- Что произойдёт? – С нажимом повторил Щепка.