Что-то внутри него сигнализировало об опасности — смертельной опасности. В ушах шумело, сердце билось о ребра с такой силой, будто стремилось выпрыгнуть из груди, и сама земля, казалось, дрожала, выла и стенала — словно предупреждая: надо уходить. Среди этого воя Нуру послышалась какая-то веселая мелодия, будто бы кто-то шел и что-то негромко пел. Нур потряс головой и упрямо направился вперед. Пока, выходя из-за груды камней, не наткнулся на мужчину в синей форме с темными волосами, собранными в низкий хвост.
— Вот так встреча, — холодные глаза блеснули, тонкие губы растянулись в хищной усмешке.
Нур уже видел этот взгляд — когда они подрывали поезд. И когда штурмовали временное укрытие дьяволов, явившихся на их землю прямиком из Шеола. Он понимал — надо хватать Гаяра в охапку и бежать, бежать, куда глаза глядят, сбивая в кровь ноги, задыхаясь — бежать…
— Вот уж не думал, что так обрадуюсь двум ишварским свиньям, — протянул алхимик, обнажая белые зубы в ухмылке — меж них цветом крови сверкнул кристалл. — Пришло время отдавать долги.
У Нура перехватило дыхание. Казалось, вот-вот — и из глаз брызнут слезы, столь неподобающие ему, ишварскому мужчине. Он осторожно отодвинул Гаяра за спину, прикидывая, как бы смыться от дьявола с ледяным взором.
— Какая жалость, — вздохнул дьявол в ответ на движение Нура. — Неужто вас не учили, что порядочные люди всегда платят по счетам?
Нур видел его ноздри. Они слегка раздувались, словно это дьявол с жадностью вдыхал горячий воздух — их воздух! — и ожидал их хода. Ответного хода.
— Пошел ты, тварь бледнорылая! — вскипел мальчишка.
Вместо ответа алхимик рассмеялся — рассмеялся исступленно, так, что даже слезы выступили в углах ледяных глаз.
— Ах да, я совсем забыл, что веду речь о людях, а вы, конечно же, ими не являетесь, — дьявол в синей форме поджал губы. — Нужно иметь порядочную смелость, чтобы так говорить со мной, государственным алхимиком, не так ли? — его глаза зло сощурились.
— Плевать, — нервно пожал плечами Нур.
Гаяр громко всхлипнул.
— Начнем с него, — дьявол осклабился, обнажая ровные зубы.
Мгновение — и Гаяр зашелся в нечеловеческом крике боли. Из того места, где у Гаяра должна была быть левая рука, хлестала кровь — Нур даже не услышал, как прогремел взрыв. Зато услышал смех дьявола в синей форме.
— Музыка, — отметил дьявол. — Прекрасная музыка. Что, если добавить сюда немного диссонанса? Как думаешь, щенок?
Он обратился к Нуру. Страх затопил сердце мальчишки — несмотря на то, что все происходящее казалось кошмарным сном, от которого отчаянно хотелось проснуться — пусть постыдно, в слезах и мокрой постели, но подальше от этого сумасшедшего выходца из самого Шеола. Рядом с Гаяром — целым и невредимым. Но вместо этого всю суть Нура заполнила боль; она затопила его удушливой влажной волной. Теперь Нур ничком лежал на твердом обжигающем камне, силясь поднять голову и заглянуть в ледяные глаза своего палача. Встать он больше не мог — его ноги распались на молекулы в новом взрыве. Он изо всех сил старался не кричать, но получалось чертовски плохо.
— Хочешь посмотреть мне в глаза? — дьявол словно угадал его желание. — Не всем из ваших достает смелости, — Нуру показалось, что в омерзительном голосе прорезались нотки чего-то, отдаленно напоминающего… уважение?
Дьявол подошел ближе — Нур рассмотрел его безупречно начищенные сапоги — и грубо поддернул его голову за волосы наверх.
— Я отлично тебе помню, щенок, — осклабился дьявол, заглядывая Нуру в глаза, которые так некстати наполнились горячими слезами. — Похвально, что ты смел настолько, чтобы смотреть в глаза собственной смерти.
До Нура словно сквозь толщу воды доносились все звуки: и голос бледномордого, и завывания Гаяра, которые становились все более тихими и жалобными, и отдаленное эхо стрельбы.
— Пошел ты, армейский выблядок! — зло выругался Нур, и ругань эта словно придала ему сил.
Дьявол снова исступленно засмеялся и развел руки в стороны. Смелость Нура, было поднявшая голову, будто бы скукожилась и забилась куда-то в отсутствующие пятки — вместе с бешено стучащим сердцем. Нур слишком хорошо помнил, что следует за хлопком в ладоши.
— Твоя дерзость не спасет ни тебя, ни его, — ухмыльнулся дьявол. — Сейчас вы отправитесь к вашему несуществующему богу. Даже не придется расставаться с братиком.
Последняя вспышка боли показалась вечной. Словно и сам он — и Гаяр, наверняка, тоже — погрузился в кипящие недра Шеола, где его тело рвали раскаленные когти на тысячи тысяч кровавых ошметков. Агония продолжалась и продолжалась, а перед глазами стояло бледное лицо дьявола. И лишь потом наступила тишина.
========== Глава 14. Книгу листает смерть ==========
