Мысли Хайрата некстати вернулись к ушедшему Дефендеру. Теперь, глядя на раненых и павших товарищей, Хайрат уже жалел, что не воздал бледномордому по заслугам. То, что на днях он не убил одного из ишваритов, отнюдь не означало, что он и впредь будет таким же великодушным. Он оставался майором вражеской армии и, того хуже, — государственным алхимиком. Где-то здесь же истаяла, растворилась призрачная надежда на обретение в стане врага информатора. С другой стороны, теперь Хайрату можно было не думать о том, какие подобрать слова, чтобы найти ключ к чересчур мягкому сердцу Дефендера, которое на поверку могло оказаться вовсе не таким уж сопереживающим и надежным.
Полковник Москито пружинистым шагом направлялся к палатке бригадного генерала Фесслера. Любого другого полковника Фесслер уже давно бы стер в порошок за такое панибратство, но с Москито они, будучи курсантами Военной академии, делили одну комнату. Поэтому генерал вполне спускал с рук такую непозволительную для штабс-офицера фривольность, впрочем, периодически не забывая напоминать о своей непомерной щедрости старому приятелю.
— Адольф, дружище, — Москито самодовольно ухмыльнулся. — У меня к вам новости.
— Валяй, — махнул рукой Фесслер, спешно заталкивая холщовый мешок в карман кителя — судя по всему, там у него хранился неприкосновенный запас вяленого мяса.
Москито хмыкнул — он давно запомнил привычку приятеля создавать стратегические запасы еды повсюду.
— Во-первых, вот мои отчеты. Я сделал твоих ребят, Адольфито, — Москито гаденько рассмеялся, Фесслер нахмурился — он терпеть не мог южную манеру коверкать имена. — Не веришь — посмотри сам, — Москито швырнул на подобие стола увесистую стопку бумаг. — Это копии моих рапортов. Ознакомься за вечерним бокалом, занимательное чтиво.
Москито издевался. Он прекрасно знал, как болезненно Фесслер относится даже к самому пустяковому соперничеству — не то что к пари, в котором ставками являлись заветные звездочки и медали. И никак не мог отказать себе в удовольствии наступить тому на больную мозоль.
— Тем паче, смею напомнить, что под моим командованием всего-то навсего один полк, в отличие от тебя, — добил он покрасневшего от злости и теперь отдувающегося словно жаба Фесслера.
— Ты это называешь хорошей новостью, говнюк? — окончательно побагровел Фесслер и даже расстегнул верхнюю пуговицу кителя.
— Нет, — Москито хмыкнул. Фесслер напрягся. — Из моего, — Москито сделал двусмысленную паузу, — надежного источника стало известно… Известно, что Джейсон Дефендер, Каменный алхимик, — жив.
Фесслер нахмурился. Он смутно помнил о том, кто таков вообще этот Каменный алхимик.
— И теперь он снова сможет работать с Могучеруким алхимиком.
Фесслер, заслышав об Армстронге, скривился, точно засунул себе в рот добрую половину лимона.
— Если, конечно, его подлатают, — продолжил Москито.
— Он в лагере? — переспросил Фесслер, прикидывая, что, коль скоро он сможет заполучить еще одного алхимика к себе, то, возможно, все-таки возьмет свой реванш.
— Нет пока, — покачал головой Москито. — Он у Рокбеллов, близ округа Канда. Я отправил за ним отряд.
Успокоившийся было Фесслер снова задышал часто и шумно.
— Успокойся, — отмахнулся Москито. — Думаю, его стоит определить к тебе, а не ко мне. Два алхимика, работающих с твердью, могут стать сокрушительной силой, — он подмигнул.
— Кстати, — отвлекся Фесслер. — Командование объявило сегодня, ввиду отсутствия боевых операций, танцы вечером. Вот пойди, сообщи. То-то алхимики и прочие унтер-офицеры, — он прищурил глаза, глядя на погоны Москито, — вроде тебя, порадуются…
— Есть, — Москито, к вящему неудовольствию Фесслера, то ли проглотил оскорбительную остроту, то ли попросту ничего не заметил.
— Хьюз, ты представляешь! — кипел праведным гневом Мустанг. — Дефендер пропал. Браунинг не вернулся. Сколько раненых… Ушли… — он шумно сглотнул. — А они… Они…
— Здесь каждый день кто-то не возвращается или умирает, — пожал плечами Хьюз. — Так что теперь? Прикажешь не танцевать?
Рой фыркнул, но смолчал.
— И, кстати. О Дефендере, — Маэс сверкнул стеклами очков. — Я заходил к бригадному генералу Фесслеру…
— Опять контрабандные харчи жрет в три горла, сучий потрох? — вскинулся Мустанг. Из-за нехватки провианта у него постоянно бурлило в животе, а настроение, и без того отвратительное, становилось только хуже.
— Доставь тут ту контрабанду, — выдохнул Хьюз. — Наши поговаривают, что он оборотень.
— Да ну, — отмахнулся Рой. — Химера?..
— Нет, — Маэс серьезно поглядел на приятеля. — Но по ночам превращается — тут мы спорим, в шакала, гиену или стервятника…
Хьюз не выдержал неловкой паузы и громко рассмеялся.
— Пошел ты, Маэс, — нахмурился Мустанг, сдвигаясь в тень — солнце неумолимо подползало к зениту.
— Так вот, я не о том, — Хьюз улыбнулся. — Не все новости здесь — форменное дерьмо, знаешь ли. Ваш товарищ, Джейсон Дефендер…
