— М-да, Лёш… М-да, — произнёс он, — опять у тебя дело для детективного романа.
Майор пожал плечами.
— Кстати, видел я тут твоего Смирнова на улице. Приятный паренёк, — Илья Ильич хмыкнул.
— Видели? Где и когда?
— Вчера. В центре, на Поварской улице.
Саблин нахмурился. Похоже, полковник встретил писателя как раз в тот момент, когда тот шёл к Оболенцеву или возвращался от него.
— Простите, но как вы его узнали?
Тимофеев рассмеялся:
— Похоже, Лёш, ты иногда забываешь, кем и где мы работаем.
Саблин кивнул и промолчал.
— Однако удивительно, конечно. Просто удивительно! Кольца, масоны, шаманы… М-да, — полковник начал постукивать пальцами о стол, глядя на следователя.
— Если преступник действительно шаман и ищет девятый перстень, то в Даурии будет шанс его поймать, — продолжил майор.
— Я понимаю, — закивал полковник, — не спорю. А покажи-ка колечко?
Саблин достал из кармана перстень и протянул начальнику. Тимофеев покрутил перстень в руках и даже примерил на указательный палец: размер украшения был большим.
— Ладно, — он вернул кольцо следователю, — поезжайте. Подпишу тебе командировку. Но смотри там, аккуратнее. Если этот ваш Сорока использует такой опасный токсин, то лучше проконсультируйся с Шульцем, какие меры надо принимать, если вдруг опять столкнётесь с ядом.
— Само собой.
— Я предупрежу ребят из полиции в Забайкальске, чтобы оказали поддержку, если потребуется. Кажется, к Даурии это ближайший крупный город.
— Спасибо.
— Да, кстати, а что по краже папируса?
— Здесь пока глухо. Некогда проработать версии. Занимаемся кольцами.
— Поручи это кому-нибудь из своих ребят. Пока будешь в Даурии, может, что выяснят.
— Добро.
— Ага, — полковник задумчиво посмотрел в окно. — М-да… Интересная история, конечно, с этими перстнями. На что только люди не идут. И как им такое в голову приходит? Невероятно. Неужели и правда верят во всякое потустороннее?
Саблин не стал комментировать слова полковника. Он и сам раньше задавался всегда подобными вопросами, но, участвуя в нескольких расследованиях со Смирновым, когда необъяснимые факты и невероятные события впоследствии обретали логику, научную трактовку и абсолютно понятную интерпретацию, следователь перестал удивляться и начал просто следовать уликам и интуиции.
Мастер Бездны, сидя в своём кабинете в загородном доме на кожаном диване модели «Честерфилд», смотрел в окно, где ветер трепал ветки берёзы. Видимо, будет дождь. Небо затянули облака, солнце скрылось, а в воздухе ощущалась свежесть, свойственная моментам перед грозой.
Информация, полученная основателем Ордена, беспокоила его и начинала, можно сказать, напрягать. События, казавшиеся похороненными под прошедшими годами и давно забытыми, внезапно напомнили о себе и вновь замаячили на горизонте, грозя вернуть неприятную историю в жизнь Мастера Бездны.
Он вздохнул и перевёл взгляд с окна на журнальный столик перед диваном, на нём лежали бумаги. Взял их в руки и пересмотрел записи.
Неужели придётся опять начинать заново, но с другими участниками? И эти люди будут опаснее, чем раньше. С ними будет не так просто договориться, как в прошлый раз. Как же поступить? Начать контролировать ситуацию, направить агентов, чтобы держать всё под контролем? Или спустить на тормозах? Нет. Это опасно. Могут всплыть нежелательные детали. Даже больше: Орден может быть разоблачён!
Мастер Бездны встал, начав ходить по кабинету.
Опасно. Боже, как опасно! Его тайная организация, на которую он потратил большую часть своей жизни, под угрозой! И не только. Он сам в зоне риска. Если начнут копать, расследовать, сопоставлять события и выяснять детали, процесс будет невозможно остановить.
Значит, надо прервать на корню. Пока не поздно.
Но с другой стороны, вероятность получить то, что Орден не смог много лет назад, выглядела невероятно высокой.
Надо успокоиться и ещё раз всё взвесить. Все шансы. И попытаться предугадать развилки. Может быть, получится отвести от Ордена беду.
Мастер Бездны сел обратно на диван и начал раскладывать бумаги, внимательно их ещё раз изучая.
Узкая неасфальтированная дорога разрезала равнину среди сопок и падей, покрытых ковром яркой зелёной травы и искрящимся разнообразием цветов, а над ними тяжёлыми, свинцовыми, но изумительно красивыми облаками нависало небо, грозящееся вот-вот пролиться ливнем.
