Он знал шамана давно. Какое-то время назад Алдар жил в Усть-Баргузине, интересовался местными обычаями, фольклором, погружался в шаманизм, познакомившись с местными. Парень был молод, но в нём чувствовались хорошая энергия, доброта и желание узнать больше о силах природы прекрасного байкальского края. И конечно же, если бы попросил кто-то другой, Тэхэ никогда бы не поплыл к мысу Рытый. Он слышал много историй о том, что случалось с людьми, которые по глупости, из любопытства или по неосторожности оказывались на мысе без шамана, без защиты, не зная, с чем столкнутся и как себя правильно вести. И буряту совсем не хотелось, чтобы одну из таких историй рассказывали о нём. Но с Алдаром он не побоялся поехать. Молодой шаман был осторожен, в курсе всех тонкостей шаманизма, не игнорировал легенды, чувствовал духов и уж точно не согласился бы сопровождать москвичей, если бы не ощущал уверенности в благополучном исходе путешествия. Это вселяло в Тэхэ спокойствие и убеждённость: он в безопасности.
Леска дёрнулась, и поплавок нырнул в озеро. Бурят быстро начал крутить катушку, поднимая улов, и вскоре на палубе затрепыхался пятидесятисантиметровый сиг. Тэхэ, с радостью глядя на добычу, бросил рыбу в ведро с водой, а затем, взяв в руки небольшую мормышку с надетым на крючок кембриком, насадил на крючок мотыля и бросил леску с наживкой в озеро. Он не знал, как долго ждать пассажиров судна, поэтому заранее подготовился, взяв всё необходимое для любимого занятия, рыбалки.
Глянув на низко свисающие тёмные тучи, Тэхэ закурил, вновь присев на палубе. Мельком посмотрев в сторону берега и отметив, что мужчины всё ещё так и сидят, он собирался достать мобильный телефон и проверить, нет ли звонков, как вдруг его внимание привлекло что-то, чего раньше не было в видимой части мыса. Среди больших валунов, с западной части берега, двигались две тени.
Тэхэ положил удочку, зафиксировав её на фальшборте, затушил в банку сигарету и быстро переместился на нос судна, откуда видимость лучше. Сощурившись, он пытался вглядеться в то, что медленно, даже как будто урывками, перемещалось в сторону ущелья, туда, где сидели москвичи и шаман. Тени, а может, это и не тени вовсе — бурят был не уверен, похожи на фигуры людей, но слишком тёмные и бесформенные. Ног и рук не разглядеть, но точно есть что-то наподобие голов. Хотя с такого расстояния понять сложно.
Бурят стоял в оцепенении от неожиданно накатившего страха. Неужели это духи? Злые чёрные духи? Боже!
Тэхэ тут же вспомнились зловещие рассказы о суровых потусторонних хозяевах мыса, гневающихся непрошеным гостям.
Он не знал, как поступить. Алдар настрого запретил подплывать к берегу, да и он сам этого боялся, и нельзя было подавать сигнал: нарушать тишину этих мест опасно. Так что же делать? Как предупредить шамана о приближающихся духах? Или всё же это люди?
Тэхэ поспешил в рубку за биноклем. Стоило рассмотреть тени поближе.
Схватив прибор, бурят вернулся на палубу. Поднёс оптику к глазам. Никого. Тэхэ опустил бинокль, шаря взглядом по берегу. Тени исчезли.
— Проклятие, — тихо выругался Саблин, когда его пиала в очередной раз упала вверх дном. Следователь устало взглянул на шамана, который, казалось, не удивился и подбросил в костёр чабрец.
— Я больше не могу кидать эту чашку, — сообщил Саблин. — Более того, уж простите, но пить ваш прекрасный напиток я тоже уже не могу.
Следователь действительно уже ощущал лёгкое опьянение, так как по крепости тарасун был не меньше водки, а выпил майор хоть по чуть-чуть и с интервалами, но почти целую пиалу, где вмещалось около двухсот граммов.
— Надо продолжать, — отозвался Алдар, — иначе…
— Да, да, вы говорили. Иначе духи не позволят нам пройти.
— Именно.
Саблин вздохнул.
— Ну раз так и мне придётся пробовать дальше, я, пожалуй, пока вздремну. Это же разрешено?
Алдар кивнул.
Саблин лёг на песок, надев кофту на молнии, которая была повязана на поясе, подложил под голову рюкзак шамана, закрыл глаза и затих.
— А если у него не получится? — спросил Филипп. — Если духи так и не впустят?
Шаман покачал головой.
— Не знаю. Боюсь, нам следует покинуть мыс в таком случае. Если вы устали, можете тоже поспать. Думаю, спешить нам не стоит.
Сидеть просто так и смотреть, как шаман глядит на огонь, — надо сказать, занятие не из интересных, и Филипп решил тоже уснуть. Встал он сегодня рано, плавание было тоже не самое быстрое, поэтому усталость давала о себе знать. Он лёг головой на свои вещи и закрыл глаза. Песок под спиной холодил, и вскоре писатель перевернулся на бок. От костра шёл приятный жар, а тихий шелест волн начал быстро убаюкивать. Филипп почти заснул, когда шаман запел. Его голос звучал низко и монотонно, словно на одной ноте.
