– Нет. Мне Сол не нравится. А ко всему прочему на Рождество он прислал мне фотографию своего пениса в полной готовности.
У Пат на лице отразился почти комический ужас.
– Что?… По почте?
Робин засмеялась:
– Вложенную в рождественскую открытку? Нет. Сбросил на телефон.
– А ты, случайно…
– Не давала ему повода? Нет, – без улыбки отрезала Робин. – Он извращенец, Пат.
Она отвернулась к чайнику. Возле раковины по-прежнему стояла непочатая бутылка водки. При взгляде на нее Робин вспомнила ту мысль, которая посетила ее в субботу вечером, после того как руки Морриса обхватили ее за талию. Поставив перед секретаршей ее чашку кофе, Робин направилась в кабинет со своей чашкой и вынутой из сумки книгой. Пат спросила ей вслед:
– Теперь мне весь график перекраивать или ты сама займешься?
– Сама займусь, – прикрывая за собой дверь, ответила Робин, но вместо этого набрала номер Страйка.
– Доброе утро, – ответил он после второго гудка.
– Привет. Забыла рассказать, какая идея посетила меня в субботу.
– Выкладывай.
– Насчет Глории Конти. Почему на барбекю у Марго ее тошнило в туалете, если Оукден не подливал в пунш спиртное?
– Потому что он брешет и на самом деле плеснул-таки в пунш спиртного? – предположил Страйк.
Он находился на той же площади в Ислингтоне, где в пятницу вела наблюдение Робин; сейчас Страйк сделал паузу и полез за сигаретами, не сводя глаз с безлюдного в этот день сквера. Клумбы, густо усаженные лиловыми фиалками, напоминали бархатные мантии, расстеленные на сверкающей от росы траве.
– А не потому ли, что она была беременна? – подсказала Робин.
– Мне казалось, – сказал после паузы Страйк, закуривая сигарету, – рвота бывает по утрам, нет? Разве не потому это состояние называется…
Едва не сказав «утренняя тошнота беременных», Страйк вспомнил, как жену его однополчанина, которая была в положении, забрали в больницу из-за непрерывной, круглосуточной рвоты.
– Мою двоюродную сестру во время беременности выворачивало в любое время дня и ночи, – сказала Робин. – Она не выносила определенных запахов. А там было барбекю, так что вовсю несло жареным мясом.
– И то верно. – Страйку вспомнилась идея, посетившая его после беседы с сестрами Бейлисс. Но версия Робин оказалась сильнее. И по сути, сводила на нет его собственную. – Итак, – сказал он, – по-твоему, Глория вполне могла…
– …сделать аборт в клинике на Брайд-стрит? Вот-вот, – подхватила Робин. – А организовала это Марго. Помнишь, Айрин упоминала, что Глория и Марго подолгу беседовали, запершись в кабинете? А в регистратуре управлялась одна Айрин?
От куста сирени в сквере веяло таким густым ароматом, что Страйк чувствовал его даже сквозь сигаретный дым.
– По-моему, что-то в этом есть, – с расстановкой выговорил Страйк.
– Я сейчас подумала, что этим как раз и объясняется…
– Отказ Глории выходить с нами на контакт?
– В принципе, да. Это само по себе травматичное воспоминание, но, скорее всего, еще и муж ничего об этом не знает, – сказала Робин. – Ты сейчас где?
– В Ислингтоне, – ответил Страйк. – Собираюсь прощупать Мутного Риччи.
– Что?! – поразилась Робин.
– На выходных об этом думал, – сказал Страйк, которому, в отличие от Робин, не выпало ни минуты свободного времени: он вел слежку за Жуком и за бойфрендом Мисс Джоунз. – Из отведенного нам года прошло десять месяцев, и практически впустую. Если старик в маразме, то это, конечно, дохлый номер, но чем черт не шутит – может, и вытяну из него что-нибудь стоящее. Вполне возможно, – добавил Страйк, – ему даже будет в кайф припомнить старые добрые времена.
– А вдруг его сыновья пронюхают?
– У него же отказала речь – по крайней мере, внятная. Готов поспорить: он не сможет им рассказать, что я заходил. Послушай, – Страйк не спешил прекращать разговор: ему хотелось спокойно покурить и при этом потрепаться с Робин, – сдается мне, Бетти Фуллер считает, что убийца – Риччи. Так же думал и Тюдор Эторн, о чем сообщил своему племяннику, и подобные личности были в курсе жизни районного криминалитета. Мне не дает покоя одна фраза Штыря: когда я ему рассказал, что Марго исчезла без следа, он сразу выдал: «Профессионал работал». Если остановиться и оглянуться, – продолжал Страйк, докуривший сигарету до последнего сантиметра, – то станет ясно: бесследное исчезновение означает только одно – что все следы подчистил некто с большим опытом.
– У Крида был большой опыт, – негромко сказала Робин.
– А знаешь, чем я занимался во время вчерашней смены? – Страйк пропустил ее замечание мимо ушей. – Изучал в интернете свидетельство о рождении Кары Вулфсон.
– С какой целью? – спросила Робин, и Страйк понял, что она улыбается. – Ага, уж не на предмет ли ее знака зодиака?
– Да-да. Понимаю, это нарушает правило «сначала средство, потом мотив», – добавил он, предвосхитив тем самым слова Робин, – но меня осенило, что кто-нибудь мог рассказать Марго про убийство Кары. Врачам много чего рассказывают, правда? Они ходят по вызовам, дают конфиденциальные консультации. В чем-то схожи со священниками. Им доверяют тайны.
