– Ты хотел удостовериться, что Кара – Скорпион, – сказала Робин, и эта фраза прозвучала не вопросом, а утверждением.
– В точку. И заодно думал: не для того ли Риччи заявился на вечеринку, чтобы показать своим головорезам ту женщину, которую требовалось похитить.
– Ну?
– Что «ну»?
– Кара – Скорпион?
– Ах вот ты о чем. Нет. Телец. Родилась семнадцатого мая.
Страйк услышал, как Робин перелистывает страницы.
– А это означает, по Шмидту… – сказала Робин и после короткой паузы закончила, – что она – Кит.
– Ну-ну. – Страйк докурил сигарету до фильтра. – Ладно, пожелай мне удачи. Я пошел.
– Счастливо…
– Корморан Страйк! – радостно прозвучало у него за спиной.
Как только Страйк прервал разговор, с ним поравнялась сияющая чернокожая женщина, стройная, в кремовом пальто.
– Не узнаешь? – спросила она. – Госпиталь «Селли-Оук». Я…
– Марджори! – воскликнул Страйк, на которого нахлынули воспоминания. – Марджори, физиотерапевт! Как поживаешь? Чем?…
– Да вот подрабатываю в доме престарелых, тут недалеко! – сообщила Марджори. – Но я-то что, а вот ты – весь из себя знаменитый!
Йопта…
Битых полчаса Страйк не мог от нее отделаться.
– Представляешь, какая непруха… – делился он с Робин по возвращении в офис. – Пришлось наплести, что приехал к бухгалтеру. Но если она подхалтуривает в «Сент-Питерсе», нам не светит добраться до Риччи.
– Тебе не светит…
– Я же ясно сказал, – резко оборвал ее Страйк; внешний вид Робин служил зримым предостережением против безрассудства и недальновидности. – Не смей к нему приближаться.
– На проводе Мисс Джоунз! – крикнула Пат из приемной.
– Переключите на меня, – попросила Робин, и Страйк одними губами сказал «спасибо».
Во время разговора с Мисс Джоунз она не прекращала составлять на компьютере график дежурств, и это занятие при ее временной непригодности к наружке и при бесповоротном отсутствии Морриса было сродни решению заковыристого уравнения первой степени. В течение сорока минут она лишь невнятно поддакивала, когда Мисс Джоунз переводила дух. Их клиентка, по мнению Робин, поставила своей целью висеть на телефоне вплоть до возвращения Страйка в офис. Робин с трудом от нее избавилась, лишь когда якобы получила от секретаря сообщение о том, что Страйк сегодня в агентстве не появится.
Это была единственная ложь за весь день, думала Робин, пока Страйк и Пат в приемной обсуждали накладные расходы Барклая. Поскольку Страйк в полной мере владел искусством жонглирования словами, он должен был заметить, что Робин ни разу не пообещала ему держаться подальше от Мутного Риччи.
В первых числах июня бесплатная газета «Метро» опубликовала анонимную заметку о том, что некто в день рождения отца коротал вечер в «Американском баре».
Какой знаменитый сын в день рождения своего знаменитого старика-отца предпочел не веселиться с родными, а отправиться в ближайший бар, да еще учинить там дебош? По сообщениям наших наблюдателей, он стал распускать руки, и даже преданная помощница не смогла его «Удержать». Схватка на публику между отцом и сыном? В этом раунде победа, бесспорно, досталась отцу.
Один из альбомов Джонни Рокби назывался «Удержать», поэтому ни у кого не возникло сомнений, о каких отце и сыне идет речь. Несколько раз в агентство звонили журналисты, но Страйк (как, впрочем, и Рокби) комментариев не давал, и за отсутствием подробностей шумиха вокруг этого эксцесса вскоре сошла на нет. Страйк только и сказал:
– Отделались легким испугом. Ни тебе фоток, ни упоминаний Бамборо. Сдается мне, у Оукдена пропала охота приторговывать историями о нашем агентстве.
Робин чувствовала себя немного виноватой, поскольку за время дежурства у дома бойфренда Мисс Джоунз успела пролистать в новостной ленте фотографии с юбилея Джонни Рокби. Гости Рокби, голливудские знаменитости и звезды рок-н-ролла, пришли на модную тусовку в костюмах восемнадцатого века. Среди снимков всех этих известных личностей как-то терялось единственное фото Рокби в окружении его шестерых из семи взрослых детей. Ал, которого Робин узнала, улыбался из-под съехавшего набок пудреного парика. При всем желании она не могла представить среди них Страйка, наряженного в парчу и с прилепленными к лицу мушками: наверное, легче было бы вообразить его в роли прыгуна с шестом.
