— Его зовут… хм… Я зову его — Дан. И я не знаю, чем конкретно он занимается.
— Это твой осведомитель? Как он оказался во дворце? — вопросы посыпались из Риана, как из рога изобилия.
— Осведомитель?! — я не удержала нервного смешка. — Нет, я бы так не сказала. А как оказался?!.. Просто пришел.
Меня одарили крайне недовольным взглядом.
— Что он сказал?
— Он спросил насколько мне дорог Адор и посоветовал поторопиться.
— И ты доверяешь ему настолько, что сразу понеслась в столовую?!.. — это явно не укладывалось в голове у моего собеседника. — Кто он?
— Я же сказала: знакомый, — попыталась дипломатично уйти от ответа я.
— Это… демон? — последнее слово сопровождалось хищным оскалом и убийственным взглядом.
— Его расовая принадлежность не имеет отношения к покушениям, — главное — это уверенность и невозмутимое лицо.
— Значит, демон… — с некоторой ноткой удовлетворения подытожил Риан, — тот, что вьется вокруг тебя. Опровергни мои слова, если это не так.
— Я не стану ничего опровергать или подтверждать, — спокойно заявила я. — Дан не участвует в происходящем… он лишь иногда предупреждает меня об опасности.
— Какой заботливый демон!
Я промолчала.
— Неужели, ты не понимаешь, чем рискуешь?! — Вдруг окрысился блондин. — Это беспринципная тварь, которая сделает все возможное, чтобы погубить твою душу!
Мне об этом было итак прекрасно известно, но слова Риана вызывали недовольство и протест.
— О моей душе не беспокойся, — буркнула я. — Не твоя забота…
Бокал упал и покатился по полу, хорошо пустой, иначе быть бы на ковре винному пятну. Сжав мои запястья, блондин притянул меня к себе, так что я практически лежала на его коленях. Близкие желтые глаза сверкали бешенством.
— Ты не понимаешь! — прошипел он мне в лицо. — Глупая, наивная идиотка!
— Не понимаю чего?! — я тоже разозлилась, в основном от неудобной позы. — Как отнимают душу?! Как будто ты знаешь, каково это?! Да и вообще, у тебя-то самого есть душа? Ты! Существо неизвестной породы!
Риан отпустил меня так же внезапно, как и сдернул с дивана, и я все-таки упала ему на колени. Он тут же спихнул меня на пол. Бывшие гневными, но такие яркие и живые глаза, вдруг обратились двумя застывшими ледяными омутами, такими студеными, что в груди стало холодно, и захотелось отогреть и себя, и его.
— Мы отвлеклись от темы, — сухо сказал Наблюдатель. — Что еще ты не успела мне рассказать?
Я сосредоточенно нахмурилась, силясь собраться с мыслями, но они все разбегались под прицелом янтарных льдинок.
— Кажется, все… Если только потом что-нибудь вспомню…
— Хорошо, — кивнул он и добавил: — А теперь убирайся.
Я недоуменно хлопнула глазами.
Как это «убирайся»?! Я же вроде как до утра остаюсь.
— Я сказал: уходи, — повторил Риан, видя, что его приказ не выполняется, и я по-прежнему продолжаю сидеть на полу. — Мне надо побыть одному…
Как во сне я добрела до двери, взялась за ручку и… вернулась назад.
— Я не могу уйти. — Мой тягостный вздох подтвердил невозможность осуществления данного столь желанного всем действия. — Клятва не пускает. Я ведь обещала остаться до утра.
Если опустить все непечатные слова, которые произнес по этому поводу Наблюдатель, то можно сказать, что он приветствовал новость долгой паузой. «Помолчав» таким образом, ирье Керш покинул мое общество, скрывшись в соседней комнате.
Подобный невежливый жест, однако, почему-то совсем меня не расстроил. Я хозяйским взглядом окинула диван, прикидывая, как расположиться на нем с наибольшим комфортом, собрала отовсюду подушки, стащила со стола скатерть, достаточно плотную, чтобы служить покрывалом, скинула одежду и обувь, оставшись в одной нижней рубашке, и уже намеревалась устраиваться на ночлег, но… Было еще одно «но» в виде все той же клятвы, в которой среди прочего присутствовала пара слов о кротости и ласковости(имела глупость ляпнуть!).
Поскребя по сусекам и не наковыряв и крошек вышеозначенных качеств, я все же пошла искать Риана. В конце концов, я могу его погладить, — по голове, к примеру, — что вполне сойдет за ласковость, а если он с разворота врежет мне поддых, и я не дам ему за это сдачи, то вполне могу считать себя израсходовавшей лимит кротости на пять лет вперед.
Моя «зубная боль» и «кровоточащая рана» обнаружилась в спальне: блондин стоял у окна, спиной ко мне, и при моем появлении даже не пошевелился.
Какая тут к черту кротость, тут бы с кровожадностью справится. Нельзя же так провоцировать человека, подставляя беззащитный затылок!
