— Даже не понимаю, на что вы намекаете, — с холодной любезностью и очень правдоподобно соврал Наблюдатель.
— Я не намекаю, — голос Харжело стал громче. — Я хочу обратить внимание всех присутствующих на то, что единственный свидетель происшествия молчит, чему выступающее от его имени лицо дает весьма сомнительные объяснения. При этом мы имеем в отношении герцога Рагдара всего лишь несколько косвенных улик, которые совершенно не гарантируют его причастность к покушениям. Подстраивать убийство самого себя — это выглядит слишком уж неправдоподобным.
Совет уже не просто оживился — он громко роптал, разделившись на два лагеря. Кто-то поддерживал Ирсо, кто-то настаивал на виновности бывшего регента.
— Вы должно быть невнимательно слушали мой доклад, — ровно сказал Риан, ничем не выказывая ни беспокойства, ни раздражения. — Того количества косвенных улик, которые я представил, и показаний свидетелей вполне достаточно, чтобы выявить виновника хотя бы методом исключения.
— И все же остаются подозрения…
— Что все покушения спланировал телохранитель регента?! С этим мы можем разобраться очень легко. Эрда Керш, — церемонно обратился ко мне Риан, — скажите, вы планировали покушения на герцога Рагдара?
— Нет, — ответила я.
— Нет, — повторил Риан. — Вы слышали, уважаемый повелитель Харжело, она сказала: «нет». Охотники не лгут.
— Хорошо, — угрожающе прогудел Ирсо. — Возможно, она не планировала покушений, но у меня есть основания подозревать ее в вызове демона и разрушении дворца!
— Прекрасно! — почти ласково произнес Наблюдатель. — Не сочтите за труд, озвучьте нам эти основания.
Харжело покраснел и набычился:
— Она вызывала демона полгода назад.
— Происходящее полугодичной давности в данный момент нас мало интересует, — голос блондина был бесстрастным.
— Но оно имеет значение, — на этот раз повелитель ТарнОнлаид саблезубо улыбнулся. — Если она вызвала его тогда, значит, вызвала и сейчас, а Рагдар потому и пытался ее убить, что понял ее одержимость демоном.
— Вынужден вас разочаровать, — с сожалением покачал головой Керш, — но это не возможно. Если бы она действительно была им одержима, и минуты бы не прошло, как от герцога остались бы окровавленные ошметки.
От слов Риана меня затошнило, и перед глазами закружилась какая-то серая муть.
Черт! Зачем он это говорит?!
— И все же, — Харжело поднялся со своего места, — я настаиваю на том, чтобы она ответила, кто устроил бойню в Наргизе!
— Протестую! — тут же откликнулся блондин. — Вопрос не имеет отношения к нашему сегодняшнему разбирательству.
— Полностью согласен с Наблюдателем, — громко сказал Председатель. — Вопрос к делу не относится. Мало того, я вижу, что эрда Керш измучена настолько, что находится на грани обморока. Не вижу смысла долее ее задерживать.
— Зато я не согласен! — взревел Ирсо. — Шадагар, во имя Всемогущего! Мы имеем дело с демоном! Это не просто досадное недоразумение, это проблема в масштабах всего мира!
— Уважаемый правитель Харжело, — Председатель особо подчеркнул форму обращения, панибратство Ирсо его явно покоробило, — мне кажется, вы чрезмерно преувеличиваете…
— Преувеличиваю?! — Харжело не только не обратил внимания на тонкий намек, но еще и имел смелость перебить самого сиятельного Шадагара. — Разрушенная до основания крепость и восемнадцать обезображенных до неузнаваемости трупов, это, по-вашему, преувеличение?! Это факт!
— Уважаемый правитель Харжело, успокойтесь…
— Успокоиться?! Еще немного и мне не останется ничего другого, как сделать вывод, что Совет покровительствует демонам!
— ТИХО!!! — рявкнул Шадагар.
И в зале заседаний повисла мертвая тишина. Слышно было только, как одинокая муха бьется в цветной витраж. Председатель холодным взглядом морозил внушительную тушу Ирсо, тот, насупившись, смотрел в стол. Остальные члены Совета воровато переглядывались.
Воцарившееся безмолвие неожиданно нарушил Арчибальд Минорэ, король Газнара.
— Прошу слова, — сказал он, но продолжил, только дождавшись согласного кивка Шадагара: — Вопрос с Наргизом действительно беспокоил умы долгое время. Такая громкая… хм… трагедия. Убийство с особой жестокостью… Люди разное тогда поговаривали. И небезызвестное имя «Ирнан Катриоль» частенько в связи с этим упоминалось… Так вот я хочу поднять на голосование вопрос о том, что бы прояснить ситуацию раз и навсегда. Тем более что сейчас у нас есть такая возможность. Я голосую за то, чтобы узнать имеет ли отношение присутствующий здесь Охотник к Эдинорской резне.
С этими словами Арчибальд поднял руку. За ним последовали еще девять правителей, одиннадцатый — Шадагар — с непроницаемым видом тянул паузу, двенадцатое кресло по понятным причинам пустовало(принц права присутствовать на Совете не имел).
— Отметьте, принято единогласно, — подвел черту Председатель, обращаясь к секретарям, хотя сам руки так и не поднял. — Один вопрос по случившейся чуть больше полугода назад Эдинорской резне. Задам его я… И еще раз напомню, что ирье Керш имеет право ответить за свою жену.
