– Вы явились, чтобы выразить притворное сочувствие?
– Нет, Даркхолд. Я здесь, чтобы помочь тебе наказать тех, кто виновен в ее смерти.
Между смертью и посмертием есть миг, когда души нет ни в мире живых, ни в мире мертвых. Ей всегда было интересно: где находится душа в этот момент, что с ней происходит? Деллин умирала дважды, но не могла вспомнить.
Чаще всего души перерождаются. Отправляются в новые жизни, становятся новыми героями новых историй. Иногда она знает, куда отправится душа, иногда предоставляет магии право сделать все самой. Так ведь гораздо проще: не знать.
Деллин нравится думать, что продавщица в любимом книжном когда-то в прошлой жизни была принцессой и оттуда ей достались осанка и манеры, которым ее никто не учил. Или что нескладный забитый адепт школы, вдруг открывший в себе талант к крылогонкам, давным-давно был тем, кто впервые наделил крылья магией и подарил людям возможность летать.
Она любила придумывать такие истории и частенько себя развлекала.
Конечно, богиня смерти, не раз отправлявшая души на перерождение, умела заглядывать в самую суть. Иногда ей хотелось проверить догадку, и Деллин смотрела. Глубже и дальше, чем умели маги всех стихий этого мира. В самую суть мироздания, читала законы, не подвластные никому, даже Кросту.
Описать, как это работает, у нее вряд ли получилось бы. Просто иногда, когда она закрывала глаза, чтобы ощутить биение сердца мира, вверенного ей самой Смертью, в голову приходили его законы и истины. Его истории.
Одну из таких историй она узнала уже очень давно…
– Деллин?
Она обернулась. С тяжелым вздохом поднялась и помогла душе выйти из-за деревьев. Они далеко не всегда осознают, что умерли. Когда это случается внезапно, когда так не хочется верить в окончание пути, душа может цепляться за иллюзию – и Деллин ненавидела приносить плохие вести. Ее слишком часто проклинали, чтобы получать от этого удовольствие. Может, проклятия наконец-то сработали?
– Здравствуй, Коралина. Я надеялась, что ты придешь.
– Приходят не все?
– Некоторые растворяются в магии. Не уходят на перерождение и не проходят путь до грани со мной. Я не знаю, от чего это зависит. Возможно, у каждой души есть предел перерождений. Когда она его достигает – превращается в крупицы.
– Я думала, богов нельзя убить.
– Глупости. Можно, конечно. Сложно и неподвластно смертным, но можно. Меня убивали дважды, и оба раза было больно. Во всех смыслах. Как ты себя чувствуешь сейчас?
Она задумалась. Деллин действительно было интересно: она никогда не была на месте Коралины, никогда не существовала между жизнью и смертью.
– Странно. Не чувствую холода и боли. Последние часы было очень больно.
– Знаю. Пройдемся? – Она улыбнулась. – В отличие от тебя, я холод чувствую прекрасно.
Снег уже не шел, но еще не растаял и несвойственно для осени хрустел под ногами.
– Вы как будто не удивлены. Или даже словно ждали меня. Неужели моя смерть такая предсказуемая?
– Все немного сложнее. Но ты права, я действительно не удивлена. Некоторые вещи в Штормхолде предопределены. Они случатся вне зависимости от того, попытаешься ты что-то изменить или сбежишь. Все, что тебе остается, – или обратить их в свою пользу, или сделать так, чтобы они причинили меньше боли.
– Я должна была умереть?
– Да.
– Потому что я не человек?
– И снова угадала. Только дело не совсем в твоей смерти.
– Вы сейчас проводите меня… куда-то в другое место, да? Туда, куда души отправляются после смерти?
– Да, такие уж у нас законы природы.
– Тогда расскажите! Расскажите, в чем дело, расскажите, что собираетесь делать дальше, пообещайте, что спасете Дарка! Хватит уже с него, он достаточно пережил, он заслужил, чтобы его спасли!
– Коралина, я очень хочу помочь Даркхолду и сделаю это, как только пойму как. Пожалуйста, успокойся.
– Рассказывайте! – потребовала она и решительно тряхнула копной светлых косичек.
– Хорошо. Ты знаешь, что родилась не совсем обычным образом и обладаешь силой, равной силе богов. Кейман назвал тебя светлой богиней. Он считал, ты появилась как третья сила в Штормхолде. У нас были богиня тьмы, бог стихий, – а светлая магия стремительно исчезала. И Штормхолд создал тебя, воплощение света, для восстановления баланса, но…
Она вздохнула. Деллин приходилось сообщать душам о том, что они умерли, но вот о том, что должны были умереть, – никогда.
– На самом деле все работает несколько иначе. Не задумывалась, откуда берется магия? Почему мы добываем крупицы на месторождениях и смертным, чтобы использовать силу, нужно это топливо? Конечно, можно сказать, что она просто есть, как реки или леса. Но любой ресурс что-то питает. Магию питает Хаос.
Деллин услышала знакомый шум водопада и поежилась. Слишком много душ она сюда приводила.
– Сложно описать, что такое Хаос. Нечто вроде энергии, дающей нашему миру жизнь. Темная сила, по мощи настолько разрушительная, что однажды едва не сожгла Штормхолд дотла. Именно Хаос питает месторождения магии. И так уж случилось, что светлые месторождения иссякли.
