– Прости меня, Коралина. Мне не стоило тебя отталкивать. Просто я стольких потеряла, что думала: меня уже ничем не испугать. А оказывается, я просто не знала, что такое терять детей.
– Тогда не теряйте Даркхолда и Элая.
Деллин смотрела ей вслед, светловолосой девушке, сквозь снег уходящей за грань, и невольно гадала: что ждет ее там? Душа вслед за телом растворится в Хаосе, придав возрождению силы, или отправится в новое воплощение и где-то на другом конце обитаемых земель, а может, даже в другом мире, родится ребенок, который никогда не узнает, какую роль он сыграл в тех легендах, что мама будет рассказывать на ночь?
Ни на что не надеясь, Деллин растерла в руках крупицу темной магии в надежде ощутить хоть каплю прежней силы. На миг ей даже показалось, будто внутри шевельнулось знакомое ощущение, но, прислушавшись, поняла, что не чувствует ничего, кроме холода от падающего и падающего снега.
Магия, иссякавшая веками, не может вернуться за несколько часов. Но так хотелось верить, что волшебным образом все разрешится!
Возможно, Кейман прав. Возможно, магия вернется, лишь когда они все усвоят кровавый и жестокий урок. Каждый свой собственный, особый.
– Я не могу.
Деллин вздрогнула и подняла глаза. Коралина стояла у самого водопада, в полуметре от места, куда била стена воды.
– Я не могу уйти. Там ничего нет. Почему я не могу уйти?!
Итак, я умерла.
Было адски больно, но боль почему-то забылась, растворилась во тьме, которая накрыла после того, как я закрыла глаза. В этот момент я уже знала, что умру. Это странное ощущение… вдруг стало спокойно и хорошо. Еще секунду назад я думала о том, как же невыносимо больно, и вот уже беспокоюсь лишь о том, чтобы мальчишки не простудились, лежа на снегу, – лекарств ведь не осталось.
«Значит, это конец», – пронеслось в голове.
Я посмотрела на спящего Дарка и улыбнулась. Хорошо, что он рядом, но хорошо, что спит. Я притворилась, что тоже засыпаю, и мысленно заранее извинилась за то, что уже не проснусь.
Что было дальше, не помню. Темнота.
Потом я открыла глаза – и вокруг был лес, а снег все падал и падал. Лишь по звездам и лунам я поняла, что с моей смерти прошло уже несколько часов. Затем увидела Деллин.
– Почему я не могу уйти?!
Она растерялась.
– Я не знаю. Такого еще ни разу не было. Возможно… не хватает магии. Может, мне все же стоит тебя проводить?
Но уверенности в ее голосе не было. Не заботясь о сохранности вещей, Деллин спрыгнула с камня в воду и направилась ко мне. Я снова попыталась пройти через поток воды, но уперлась в глухую стену. Деллин сделала то же самое, и в один миг промокла до нитки. Но и она растерянно ощупала темный камень, за которым еще недавно находилась граница между миром живых и мертвых.
– Ничего не понимаю… чтобы магия вернулась, твое тело должен был поглотить Хаос. Даркхолд отнес тебя сюда, я же знаю, я видела…
– Сны не могут ошибаться?
– Могут.
Деллин побрела к берегу, и мне ничего не оставалось, как пойти за ней. Не биться же в стену. Забавно: я не чувствовала ни холода, ни воды. Ничего. Очень странное ощущение, как будто один из пугающих снов слишком затянулся.
– Никто не учит нас их интерпретировать. Иногда ты видишь что-то и так сильно этого боишься, что каждым своим действием только приближаешь этот конец. Ненавижу предсказания.
– А что делать мне? Ждать, когда вам еще что-нибудь приснится?
– Если дело в магии, то просто подождать. Если нет… я не знаю, Коралина. Я видела нечто подобное лишь однажды, но тот человек был не мертв, он замер на границе между жизнью и смертью. Его тело жило, и за него цеплялась душа. Но ты… это другое.
Она осеклась. Мы вышли на берег, и Деллин достала из-за большого камня припрятанную сумку с вещами. А она подготовилась. Что ж, раздражение во мне еще осталось. Я правда хотела вновь видеть в ней ту невероятно красивую и приветливую женщину, но образ злодейки ей удался куда лучше.
– Что я? Что со мной не так?
– За всю историю Штормхолда было только трое, рожденных из чистой магии. Ты, я и мой брат Акорион, отец Даркхолда. Акорион не должен был родиться, он был частичкой Хаоса, оказавшейся рядом с новорожденной темной девочкой. Хаос создал себя по ее образу и подобию, стал ее братом-близнецом. Но у Акориона не было души, поэтому, когда он погиб, то просто растворился в магии. Я думала, что с тобой произойдет так же.
– Потому что у меня нет души?
– Я такого не говорила.
– Но подумали.
– Коралина, я никогда не сталкивалась с такими, как ты, я не знаю. И что делать, тоже.
– А кто знает? Хоть кто-то в Штормхолде может сказать, что я такое, по каким законам живу и как мне уйти, потому что я не хочу со стороны смотреть на то, как живут другие!
– Нужно рассказать Кейману. Не уверена, что он знает ответы, но… когда нет выхода, он обычно что-то придумывает.
Она вздохнула и зашнуровала ботинки.
– Но влетит мне по первое число.
Ее губ коснулась усталая улыбка.
– Идем. Тебе это зрелище точно понравится.
– О чем ты думала?! Ты с ума сошла?!
