Игра актеров была приятной, но недостаточно профессиональной. Роли исполняли студенты театрального вуза. Многие из зрителей с неподдельным интересом наблюдали за сценой, а в их глазах таилось искреннее сопереживание героям. Но присутствовал иной тип людей, которые не понимали, зачем оказались здесь. Хотя… Цель у них все же была. Например, несколько сидящих впереди девушек периодически оборачивались в нашу сторону. Полагаю, кто-то привлекал их больше, чем «Ромео и Джульетта». И объект их воздыхания находился справа от меня: они строили глазки Маркусу. Одна из них однажды помахала рукой и мне, на что я никак не отреагировал. Подобное поведение в театре я категорически не приветствую. Только невежды приходят флиртовать в дом музы трагедии – Мельпомены.
После окончания представления мы с Маркусом неспешно покидали ряды, когда две брюнетки с ярким макияжем перегородили нам путь. Улыбчивые и вульгарно одетые девушки попытались завязать разговор.
– Маркус, а вы идете в двадцать девятую? – поинтересовалась одна из них.
Думаю, она назвала номер комнаты, в которой планировались посиделки. Я заметил, что ее подруга во время разговора не сводит пристального взгляда с меня. Кокетливо накручивая прядь черных волос на палец, девушка подмигнула мне. Не знаю, какой реакции она ожидала, но я с откровенным отвращением отвел взгляд в сторону. Любоваться пустующей сценой было приятнее, чем наблюдать столь тошнотворное зрелище.
– Я иду, – довольно ответил Маркус.
– А твой угрюмый друг? – улыбнулась девушка. – И вообще, не хочешь нас с ним познакомить?
Окинув их брезгливым взглядом, я поторопился покинуть сомнительную компанию. Нахождение в кругу недалеких дам начинало действовать на нервы, что в любой момент могло обернуться непредсказуемо.
– До встречи, Маркус.
Я вышел из рядов, благополучно минуя навязчивых дам.
– До встречи, – послышался за спиной голос парня.
Этим вечером приятную компанию мне составили школьные учебники и дополнительные задания. Но мысленно я часто возвращался в день знакомства с Алисией, неосознанно сравнивая ее с теми девицами, что активно интересовались моей личностью после спектакля. В их внешнем виде я усмотрел нечто отталкивающее, да и навязчивость тоже не привлекала.
После очередной попытки справиться с заданием, я поддался усталости. Сознание на мгновение затуманилось, и легкая слабость пробежалась волной по телу.
Нестерпимая острая боль пронзила виски, когда я распахнула глаза. Давящая усталость и телесная слабость накрывали меня подобно тяжелому одеялу, лишая малейшей возможности пошевелиться. Пробуждение не принесло желанного облегчения. Наоборот, самочувствие стало отвратительным.
Потребовалось время, чтобы восстановить в памяти череду событий, произошедших накануне, и осознать…
– Ты очнулась! – обрадовалась Тея, отбросив книгу и быстро подходя к моей кровати.
– Да… – еле слышно ответила я, ощущая приступ тошноты.
Каждое слово давалось тяжело и откликалось ноющей болью в теле. Я предпочла бы не разговаривать и побыть в одиночестве, но предстоящий поток вопросов от Теи игнорировать было невозможно.
– Алисия, ты помнишь, что произошло? – обеспокоенно поинтересовалась девушка, присаживаясь на кровать. – Я ждала твоего пробуждения и так переживала!
– Приблизительно, – тихим слабым голосом произнесла я.
Сделав глубокий вдох, я закрыла глаза. Сознание затуманилось, и мне стало дурно.
– Вижу, тебе нехорошо, – подскочила с места Тея. – Позову доктора!
– Не стоит, – открыв глаза, я умоляюще взглянула на подругу.
– Тогда просто побуду рядом. – Девушка снова села. После недолгого молчания она продолжила: – Тебя обнаружили в коридоре на полу с разбитой головой. Помнишь, что произошло?
Преодолевая мучительную боль, я решила рассказать то, что помнила, чтобы больше не касаться неприятной темы.
– Поздно вечером я возвращалась из библиотеки. В коридоре было пусто и темно, лишь кое-где горели настенные светильники. Неожиданно на горизонте появился Джастин. – В памяти пронеслись фрагменты воспоминаний, заставившие испытать нервное напряжение. – Видимо, он решил отыграться за то время, когда ему доставалось из-за меня от Кристиана.
От воспоминания о Синклере возникло давящее ощущение кома в горле. Сделав глубокий вдох, я закрыла глаза и почувствовала острый спазм.
– Все нормально? – обеспокоенно спросила Тея. – Вид у тебя болезненный.
