— Хорошо, давайте поступим следующим образом, — проговорил сотрудник самым спокойным голосом, на который он был способен, — четверо солдат выйдут за дверь. Останутся двое, — меньше нельзя, у нас регламенты, сами понимаете. Мы сядем и просто поговорим, хорошо?
С минуту две пары зелёных глаз пытливо разглядывали Стычкина. Затем, одна из ведьм подошла к своей копии, и сжала её в объятьях.
Наблюдая как две ведьмы сливаются в одну, Аврора невольно произнесла:
— Да, за эту фигню меня точно повысят.
Когда точка зрения обрела целостность, Вера обнаружила себя сидящей на стуле, рядом с кроватью. Закинув ногу на ногу, девушка обратилась к Измайловой:
— Ну, как? Удалось узнать что-нибудь про мою мать?
Явно не ожидая подобного вопроса, Аврора подняла одну из бровей.
— Не особо. Многие архивы Отдела были утеряны…
— Ничего страшного, — равнодушно бросила Вера, устраиваясь поудобнее, — сейчас я вам всё про неё расскажу.
Открыв глаза, доктор Марш ощутил дуновение ледяного ветра. Глянув на часы, он понял, что сидит под деревом уже более двенадцати часов. Несколько принесённых ветром сухих листьев прилипли к его халату. Вскочив на ноги, он закряхтел:
— Чёрт, — выругался Владимир, шатаясь на ветру, — ноги затекли. Господи, как же холодно.
— Вижу, вы очень глубоко ушли в себя, — заметило Древо. — Ну что, открыли истину?
— Н-да, — процедил доктор сквозь стучащие зубы, — я открыл для себя собственную тупость. К нам движется чудовище, а я тут с вами сижу.
— А что, есть дела поважнее? — Насмешливом тоном спросило существо.
— Всё-таки сарказм вы понимаете, — усмехнулся доктор, прыгая то на одной ноге, то на другой.
— У вас научилась.
— Мне нужно идти, — Марш махнул в сторону Участка, — нужно предупредить коллег, что чудовище — это родственница тех ребят, которых вы кинули в кучу мусора.
Достав блокнот, Марш отошёл от дерева и вчитался в собственные заметки, которые он сделал во время интервью с Константином.
— О создатель, — вдруг воскликнуло дерево, — значит, это дочь той женщины, которую я впустила!
Но Владимир уже не слышал этого. Запахивая одной рукой халат, трепавшийся на ветру, другой он держал перед своим носом блокнот. В тусклом свете уличных фонарей, питающихся от ядра Комплекса, он разглядывал каракули, сделанные карандашом.
Сведения, полученные от Константина, были крайне скудны. Пацан был слишком напуган, чтобы успеть остыть и рассказать больше. Да ещё и этот козёл Одинцов выслал его в другой конец страны. Данных, выкорчеванных из архива также было немного. Про Веру ещё можно было найти какие-то записи, и до конца июня этого года, Марш полагал, что она является той самой первой дочерью ведьмы Полночь.
— Нет, вы путаете, — устало отозвался мальчишка на третьем интервью. — Вера это вторая дочь. А та сумасшедшая сука — первая.
— То есть Вера — это не та, которая оторвала тебе руку? — Уточнял доктор.
— Нет, Вера классная. Ну, она тоже немного повёрнутая, но это нормально, с её-то детством.
— Понятно, а что означает это имя — Эрион?
— Вера считает, что это просто набор букв. Но от сестры Полдень я узнал, что когда-то давно у носителей, живших на территории России, был свой язык. Она обещала показать какую-то книжку, написанную целиком на этом языке. Но дело так и не дошло. Я почему-то уверен, что её имя обозначает что-то конкретное.
Владимир Марш был осведомлён о том, что Полдень живёт где-то в историческом центре города. Также он понимал, что попасть в её дом можно было только в сопровождении носителя. Доктор планировал связаться с древней ведьмой через пацана, но Смотритель всё похерил. После случая с побегом Нежильца, Денис наотрез отказывался брать на себя какую-либо ответственность в дополнение к той, что у него уже была.
— На мне и так всё учреждение, — говорил он в ответ на претензии сотрудника, — двое носителей в Зоне — это уже перебор.
Добравшись до Участка, Владимир поднялся в кабинет к директору.
— Слава богу, — промолвил Оганян, глядя на него поверх длинного стеклянного стола, — мы уже хотели отряд высылать.
Вместе с Артуром за столом сидели капитан Риггер и ещё несколько оперативников. На экране, занимающем почти всю противоположную стену, отображался план Комплекса с отмеченными боевыми позициями. Присев на одно из кресел, Марш произнёс:
— Мне нужен доступ к некоторым файлам из Зоны.
— Поздравляю, — кивнул Артур, сложив руки в замок, — у тебя же уровень допуска со штрихом, в чём проблема?
— Меня отстранили от проекта, так что материалы получить будет непросто, — уклончиво ответил доктор.
Поджав губы, Артур нахмурился. Он понял, что речь идёт о проекте «Морская звезда» — эксперименту по выращиванию тела для молодой носительницы. Он был одним из четырёх сотрудников, которые знали за что от проекта отстранили Марша и Лебедева; остальные трое — Денис Одинцов и Аврора с Алексеем Стычкиным.
