За гигантским блоком удалённых данных скрывался абсолютно идиотский, по мнению Артура, конфликт. Валентин Лебедев, будучи человеком практики, подавал руководству ходатайства о введении в ещё не сформировавшееся тело ведьмы веществ, призванных сдержать влияние тлеедов, которые явно перестраивали организм, делая его более крепким и сложным, что могло впоследствии обернуться катастрофой, если объект выйдет из-под контроля.
Марш полагал, что вмешательство в процесс восстановления противоречит самой сути исследования. В то же время, ассистенты Стычкин и Измайлова считали аморальным применение сывороток, основанных на постотделовской фарме. Этот спор, длившийся две недели, привёл к тому, что изрядно нервный Марш, в преддверии очередного запоя, вломился в лабораторию к Лебедеву, и спровоцировал того на драку.
— Здоровые лбы, а ведут себя как дети малые, — гневался Смотритель в беседе с директором Участка. — Пришлось оперов вызвать, чтобы этих двоих идиотов оттащить друг от друга. Исследователи, блять!
Вспоминая это, Артур невольно усмехнулся.
— Сейчас мы закончим брифинг, — сказал он наконец, — и я свяжусь с Денисом. Господин Риггер, продолжайте, пожалуйста.
Прокашлявшись, Стефан вернулся к обсуждению плана.
— Первичные испытания удовлетворительны, — проговорил мужчина с лёгким акцентом, — что бы ни вырвалось в этом месте, наши огнемёты сожгут это до состояния пепла.
— Мы точно уверены, что угроза возникнет именно в обозначенном кольце? — Уточнил директор, указывая в отмеченное на карте место.
— С точностью до восьмидесяти процентов объект появится в центре нашей мишени. Остальные двадцать приходятся на то, что объект окажется ближе к краям установки. В этих местах огонь менее горяч, поэтому мы подстрахуемся, и поставим вокруг тридцать шесть тяжело бронированных оперативников, вооружённых мобильными огнемётами. Кроме этого, в нашем распоряжении с десяток турелей, чьи разрывные патроны, если не уничтожат, то разорвут эту тварь в мелкие клочки.
— А что насчёт дерева? — Спросил Оганян, обращаясь к Владимиру.
— Скажем так, — ответил доктор, — энтузиазмом оно не лучится. Её работа охранять, а не драться. Но мне почему-то кажется, что оно не сможет стоять в стороне, когда начнётся битва.
— Кажется? — С сомнением переспросил директор.
— Это на уровне интуиции. — Пожал плечами Марш, — Древо судя по всему было собрано по образу и подобию человека. Мыслит оно как человек, злиться и философствует также по-человечески. Я более чем уверен, что где-то в закромах Комплекса можно найти документ, в котором бы говорилось о некой личности, которую пустили под нож, чтобы заковать в эту кучу металла.
— Разве Советы способны на такое? — Со скепсисом произнёс Риггер.
— Каждый раз спрашиваю себя об этом, — ответил доктор.
Судя по инциденту с зеркалом и последующим выходом из под УС объекта «Ни живой, ни мёртвый», Фонд догадывался о том, что Комплекс покинул реальность ненадолго. Вполне возможно, кто-то из тайных агентов, возможно даже Могилевич, ездил на предполагаемое место возникновения «Роста», взяв с собою фотоаппарат с парой астатно-шихтовых линз. Если поразмышлять над ситуацией как следует, становится понятно, что феномен исчезновения Таумиэля как-то связан с механизмом Завесы. Отсюда могла вытекать потребность Отдела в отлове носителей, многие из которых способны контактировать с той частью реальности, что скрыта от восприятия человечества.
Сделав однажды снимок на территории «Роста», и вглядевшись в него, Марш понял, что вокруг него прямо сейчас расхаживает Ржавчина — гуманойды, которых невозможно изучать, так как их бытие происходит в ином срезе пространства-времени, чем бы оно ни являлось. Согласно законам метафизики, Блуждающие всё ещё являлись частью реальности, но находились будто на её периферии. Из древних легенд можно было прочитать об отвергнутых душах, обречённых на бессмертие. Закованных в железо, тлеющее тысячелетиями. Изобретение астатно-шихтовых линз позволило проявить лишь плачевный конец этого некогда могущественного войска — сгнившие, измученные коррозией души и тела, спустя тысячи лет существования, они падали на землю, рассыпаясь в прах. Те из них, кому «посчастливилось» уцелеть в затхлых ветрах под завесой, бродят без цели и смысла по мрачным закоулкам пространства.
Находясь под завесой, Исполнитель мог призвать их на свою сторону. Пообещать этим скитальцам смысл жизни. Вполне возможно, он сохраняет способность к общению с Блуждающими до сих пор. Не исключено также и то, что прямо сейчас на Марша и коллег взирает с десяток невидимых глазу тварей, присланных Исполнителем на разведку. Хоть Ржавчина и не способна видеть или слышать людей, они очень ясно видят метаморфозы в окружающем мире. Они могут находится прямо за вашей спиной, глядя на текст, который вы читаете.
