— Ну, мы сейчас об этом узнаем, — сказал Иван, встал и направился к председателю комиссии, капитану Вмочилину. — Товарищ капитан, — спросил он, — а сколько избирается у нас по области депутатов в Верховный Совет?
— Четыре! — ответил военачальник. — А ты разве не читал газету «Знамя труда»? Там же подробно перечислены все кандидаты! Вся область разделена на четыре части. В нашем округе, как ты знаешь, избирается товарищ Очумелов. А в остальных — другие достойные люди!
— Наверное, остальные секретари обкома? — поинтересовался Иван.
— Зачем же секретари? — возразил Вмочилин. — В другом округе, правда, тоже выдвинут секретарь обкома, второй, товарищ Обдираев. Зато в остальных двух округах избирателям представлены простые люди — директор завода Лакеев и знатная доярка Подстилкина. Видишь ли, партия требует, чтобы иногда выдвигались и женщины, иначе нарушаются ленинские принципы руководства!
— А что могут дать в Верховном Совете директор завода и, особенно, доярка? — удивился Зайцев. — Разве они могут решать сложные юридические и экономические вопросы?
— Видишь ли, товарищ Зайцев, для работы в Верховном Совете не требуется больших знаний. Главное, это чтобы депутаты поддерживали линию партии и беспрекословно соглашались со всеми решениями ЦК КПСС. Партия за них обо всем подумает, понимаешь? К тому же, учти, что и доярка, и директор завода, выдвинутые в Верховный Совет, являются членами обкома КПСС!
— Ну, а как же выбирают в местные органы? — спросил Иван. — Неужели там тоже все — члены партийных комитетов?
— Конечно. В состав областного Совета входит весь обком КПСС, — кивнул головой Вмочилин. — Но, видишь, освобожденных партийных работников в три-четыре раза меньше, чем членов областного Совета. Поэтому туда избираются наиболее авторитетные люди со всех районов области: директора заводов, председатели колхозов и совхозов, некоторые знатные врачи, учителя, рабочие.
— И много рабочих избирается в областной Совет?
— Очень много! — улыбнулся Вмочилин. — Вот, например, из трехсот человек прежнего областного Совета, восемь человек были рабочие! Причем, какие рабочие! Члены областного комитета партии, умеющие не только работать, но и хорошо выступать с трибуны! Я однажды присутствовал на сессии областного Совета, и там один рабочий так красиво говорил! Отметил большую роль первого секретаря обкома партии! Так лестно отозвался о нашем руководителе, что тот даже прослезился! Весь зал стоя аплодировал оратору!
— Но ведь рабочий, особенно высококвалифицированный, наверное, должен хорошо работать, а не говорить сладкие речи начальству? Что же будет, если все рабочие прекратят работать и начнут заниматься болтовней?
— Ну, ты тоже скажешь — «болтовней»! — возмутился Вмочилин. — Да такая «болтовня» в сто раз ценней, чем весь наш жизненный труд! Неужели ты не понимаешь, что секретарь обкома, услышав о себе лестные слова, сразу же приблизит к себе этого рабочего! И все у того будет: и квартира, и машина, и, если надо, любовница…
— А как же тогда интересы избирателей? — перебил его Иван. — Или интересы народа, государства? Кто о них позаботится?
— А что, секретарь обкома или рабочий-депутат разве не такие же, как мы, избиратели? — улыбнулся Вмочилин. — Они ведь тоже ходят голосовать на свой участок! Или может они не являются частью народа или государства?
— Являются, — пробормотал Зайцев.
— Ну, так вот, они и заботятся о себе, как о народе и государстве! Разве неясно?
— А как же тогда районные органы власти? — продолжал беспокоить председателя комиссии Иван. — Они тоже выбираются таким же образом?
— Абсолютно также! — кивнул головой Вмочилин. — Только что разве на выборах в районные Советы место обкома партии занимает райком КПСС, а в городские — горком! Все очень просто!
— Товарищ капитан! — обратился к Вмочилину подошедший сержант, член избиркома. — А когда мы пойдем на завтрак?
Капитан посмотрел на часы. — О, уже половина восьмого! — сказал он. — Значит, нужно, чтобы вы сейчас же шли в столовую и быстро позавтракали! Справитесь за полчаса, пока не подошла первая учебная рота?
— Справимся, — ответил Зайцев, — тут пять минут ходьбы до столовой!
— Ну, тогда идите, — кивнул головой председатель комиссии. — Только быстрей назад, не задерживайтесь!
…В соответствии с графиком Политотдела, первыми на избирательный участок пришли воины учебного батальона.
— Смирно! — раздалась команда с улицы. — Вольно! Первый взвод! По одному — бегом! — Воины быстро выполняли команды. Курсанты ворвались в клуб и подбежали к столу избирательной комиссии.
— Говорите свои фамилии! — крикнул сержант, член избиркома.
— Иванов! Смирнов! Стручков! — кричали курсанты.
Члены комиссии быстро ставили напротив их фамилий в списках избирателей «галочки» и раздавали бюллетени. Курсанты также быстро голосовали, как и получали избирательные документы. Никто из них не входил в кабинки для тайного голосования.
«Молодые» воины подбегали к избирательной урне и проталкивали свои листочки в щель, после чего выбегали на улицу. Небольшая очередь возникла только возле урны.
