— Да хер с ними, товарищ капитан! — возразил Обалдуйский. — Пускай идут: чем раньше от них избавимся, тем лучше!
Солдаты хозподразделения явились на избирательный участок без всякого ритуала. Иван взял список воинов роты и хотел уже ставить напротив их фамилий «галочки», но раздумал и положил бумаги на стол.
— Раздавайте, товарищи, бюллетени! — сказал он сержантам. — Я хорошо знаю всех воинов и сам проставлю отметки!
Пока члены комиссии раздавали бюллетени, Зайцев ставил перед фамилиями воинов «галочки», даже не глядя на солдат. Наконец, он дошел до фамилии Шорника и остановился. Как раз в это время к столу подошел Таманский и взял бюллетени. Иван оглянулся. Вмочилин и Обалдуйский стояли в десяти шагах от стола и о чем-то разговаривали.
— Вася, а где Шорник? — спросил тихонько Зайцев Таманского. Тот подошел к Ивану и наклонился. — Шорник еще спит, — прошептал он, — видимо, вчера пережрал…
— Вбрось за него бюллетени, — предложил Иван, — а потом ему об этом расскажешь.
— Давай, — кивнул головой Таманский, — это дело нехитрое.
Иван протянул ему еще одну стопку: — Бери!
После обеда на участке появились офицеры, а затем вызвали по телефону и больных из лазарета. Где-то к четырем часам дня воинская часть в полном составе завершила общегосударственное мероприятие: все без исключения воины проголосовали.
— Ну, что, товарищ капитан, — обратился Зайцев к председателю комиссии, — может я пойду в штаб и выпишу накладные в столовую?
— А ты разве не сделал этого заранее? — удивился Вмочилин.
— Нет, — соврал Иван. — Я это должен делать ежедневно.
— Ну, иди, — кивнул головой капитан. — Когда ты нам понадобишься, я позвоню.
— Есть! — обрадовался Зайцев и выбежал на улицу.
В штабе он занялся самоучителем английского, а когда выполнил свой обычный дневной норматив, сходил в столовую, поужинал, и, вернувшись назад в свой кабинет, приступил к чтению французского романа.
Часов в девять вечера зазвонил телефон. — Товарищ Зайцев! — раздался голос капитана Вмочилина. — Ты что там, заснул?
— Нет, жду вашего звонка, — пробормотал Иван.
— Давай, беги сюда, нужно заканчивать работу!
— Есть!
Когда Иван прибежал в клуб, он обнаружил там одних офицеров, которые слонялись взад-вперед по комнате и громко, возбужденно между собой разговаривали.
— Давай, расписывайся в протоколе! — закричал Вмочилин, увидев Зайцева. — Мы уже ждем тебя целый час!
Иван хотел возразить, но, посмотрев внимательно на капитана, сдержался. — Где поставить подпись? — спросил он.
— Вот тут, — указал Вмочилин и склонился над бумагами. Иван расписался.
— И все? — спросил он. — Я могу идти?
— Да, работа завершена, — ответил, обдавая Зайцева сильным запахом спиртного, председатель комиссии. — Благодарю за хорошую работу! До свидания!
Г Л А В А 7
Ч Р Е З В Ы Ч А Й Н О Е П Р О И С Ш Е С Т В И Е
На следующий день, в понедельник, Зайцев, как всегда, пришел на работу сразу же после утреннего развода. В кабинете находился лейтенант Потоцкий. — Ну, как, Иван, прошел день выборов? — спросил он.
— Нормально, — ответил Зайцев, — ничего особенного не было. Голосовали, да и все. Свою задачу мы досрочно выполнили. Я уже после четырех часов ушел в штаб, где и просидел до самого вечера. Лишь часов в девять меня вызвал Вмочилин, и я пришел на участок, чтобы расписаться в протоколе. Как ни странно, подсчета голосов не производили. Хотя до одиннадцати еще было далеко!
— А зачем им проводить подсчет голосов? — усмехнулся Потоцкий. — Ведь и без того ясно, что все сто процентов голосовавших вбросили бюллетени, даже не читая их. Главное — это чтобы все пришли на выборы. А как только голосование закончилось, можно спокойно составлять протокол, а бюллетени отсылать в окружную комиссию, а, фактически, в обком КПСС.
— Выходит, урну вскрывают только затем, чтобы высыпать в мешок бюллетени и отослать их в обком?
— По крайней мере, мы именно так делали пять лет назад, во время прошлых выборов. Мне тоже довелось принять участие в работе избирательной комиссии.
Зазвонил телефон. — Слушаю, сказал Потоцкий. — А, хорошо, возьмите трубку, товарищ Зайцев!
— Слушаю, ефрейтор Зайцев! — представился по телефону Иван.
— Это Подметаев! — ответил резкий голос. — Не мог бы ты придти ко мне прямо сейчас?
— Минуточку! — Иван посмотрел на Потоцкого. — Можно, я схожу к майору Подметаеву, товарищ лейтенант?
— Конечно! В чем вопрос? — ответил начпрод.
— Иду, товарищ майор! — сказал Зайцев и положил трубку.
— Ну, как дела? — спросил после взаимных приветствий Подметаев.
— Все идет по-старому, — ответил Иван, — никаких перемен нет!
— В этом ты полностью прав, — горько усмехнулся майор. — Никаких положительных перемен действительно нет!
— Неужели что-нибудь случилось? — воскликнул Зайцев.
— Ладно. Сначала я хочу поблагодарить тебя за хорошую работу на избирательном участке. Товарищ Вмочилин очень высоко оценил твой труд. Надо сказать, что работать ты умеешь и бумажные дела знаешь, но, к сожалению, тебе не во всем хватает искренности!
— Что вы имеете в виду, товарищ майор? — насторожился Иван.
