— А попойки у вас бывают? — вдруг произнес верзила с переднего стола.
— Прекрати! — закричала учительница, но Иван махнул рукой: — Ничего. Пусть не стесняются! Честно говоря, бывали и случаи пьянства. Но это — серьезное нарушение! Поэтому воины избегают употребления спиртных напитков. У нас с этим строго! Вот недавно отправили из части на «объект» двух ребят за то, что от них пахло вином!
— На какой «объект»? — спросил кто-то.
— Ну, видите ли, у нас «объекты» разбросаны по всей стране. Скажем, в Казахстане. Там суровый климат: то холодно, то жарко. Поэтому, если воины нарушают дисциплину, ходят в «самоволку», их отправляют туда!
— Ходят в «самоволку»? — воскликнула рослая темноволосая девушка с заднего стола среднего ряда. — Ой, как интересно! И куда же они ходят?
— Ну, как вам сказать? — покраснел Зайцев. — Так, в разные места…
— Небось, к девчатам? — пробормотала какая-то ученица.
— Ходят, честно говоря, и к девчатам…Да и девчата иногда посещают нашу часть, признался Иван. — Такие случаи, к сожалению, бывают…
— Расскажите нам о них! — попросили девушки. — Ну, хотя бы одну историю!
— Зачем вам это? — возмутилась учительница. — Что интересного в нарушениях дисциплины? Вам нужны положительные примеры, а не проступки!
— Мы сыты по горло этими положительными примерами! — пробурчал высокий, светловолосый парень. — Нам хочется послушать правду! Понимаете, правду!
— Ладно, успокойтесь! — громко сказал Зайцев. — Я вам расскажу одну такую историю!
— Только осторожней! — вмешалась учительница. — Им еще рано знать некоторые вещи!
— Хорошо, — кивнул головой Иван. — Вот, пожалуйста. Однажды дежурный по части проходил рано утром по территории военного городка. Вдруг он видит, как в теплице, где выращивают огурцы и помидоры, блеснул яркий свет. Ну, он решил проверить, кто это там пребывает в ночное время. И что бы вы думали? Там сидели наш солдат и какая-то девушка!
— А в каком виде они там были? — взволнованно спросил сидевший прямо напротив Зайцева рослый прыщавый парень.
— Ну, видите ли, в самом, так сказать, нехорошем виде…, - пробормотал Иван. — Как бы вам это сказать?
— Не говорите, товарищ ефрейтор! — возмутилась учительница. — Это им совсем ни к чему! Рано еще!
— Что, рано? — повысил голос верзила. — Или мы тут совсем дурачки и ничего не понимаем? А что, я не прав, ребята? — он обернулся к классу. — А? В натуре?
Ученики зашумели.
— Ладно, успокойтесь, — сказал Зайцев. — Голые они сидели! Понимаете? Голые!
— А что той девчонке было? — крикнула с последнего ряда высокая худенькая ученица.
— Ну, дежурный по части вызвал наряд, и они отвели нарушительницу за пределы военного городка. Словом, отпустили…
— Так уж и отпустили?! — усмехнулся верзила. — Небось, там ее…всей командой! Ха-ха-ха!
Тут рассмеялись все школьники.
— Перестаньте! Ведите себя прилично! — закричала классная руководительница. — Вы что, не знаете, как себя вести? Ведь вы же — будущие советские граждане! Разве можно говорить непристойности? Учим вас с детства уму-разуму, а вы — все за свое! Смотрите! — она показала рукой на большой портрет Ленина, висевший над школьной доской. — Вот вам пример гражданственности! Вот у кого нужно учиться!
— У кого? У Ленина? — громко спросил низенький смуглый паренек.
— Конечно, у Ленина! — решительно сказала учительница. — Он для нас — образец, как в работе, так и в личной жизни!
— Значит, придется отказаться от личной жизни, — усмехнулась полная белокурая девушка, — если учиться у Ленина. И народу тогда не будет, если никто не захочет любить и иметь детей!
— Вот именно! — буркнул смуглый паренек. — Ленин был…там…это…Ну, не от мира сего…Так что он нам не пример!
— Бессовестный! — крикнула учительница. — Как ты можешь?…
Но в это время прозвенел звонок.
— Ну, вот, товарищи, — сказал Зайцев, — и закончился наш урок. Я думаю, вы сумеете взять из него положительные моменты и отбросить недостатки. Все-таки, несмотря на то, что мы с вами несколько увлеклись, кое-что полезного вы для себя взяли. До свидания! Спасибо за внимане!
— До свидания! — заорали ученики. — Приходите еще!
— Спасибо, товарищ ефрейтор! — пробормотала Людмила Георгиевна и покраснела.
Г Л А В А 19
П Ь Я Н И Ц А И Д Е Б О Ш И Р
Вернувшись в часть, Зайцев сразу же направился в штаб, где занялся текущей работой. На обед он пошел прямо в столовую, не заходя в казарму. «Молодые» воины роты и «черпаки» уже почти закончили прием пищи и пили чай.
— Чего ты опоздал, Иван? — спросил его замкомвзвода Копайлов.
— Был занят, — ответил Зайцев. Ему не понравилась назойливость сержанта. Обычно в таких случаях «старикам» не задавали вопросов.
— Так чем это ты был занят? — повысил голос замкомвзвода.
— Ездил в школу на «урок мужества», если это тебе так интересно, — ответил Иван. — Между прочим, командир роты об этом знает!
— Ну, это — дело другое, — смутился Копайлов. — Я же ничего не знал! Тут, видишь, у нас опять в роте беспорядки, и товарищ Розенфельд распорядился, чтобы мы, сержанты, начали укреплять дисциплину!
— А что опять случилось? — спросил Зайцев.
