Стоит ей только скривить личико, сверкнув наполненными слезками глазками в мою сторону, как я подхватываю ее на руки и ношу по всему дому, пока малышка не уснет. И даже тогда просто опускаюсь на диван в детской, укладываю девочку к себе на грудь и оберегаю ее сон.
Мне нравится наблюдать за Соней, когда она спит. Как дрожат ее ресницы, как забавно дергается крошечный носик. Интересно, снится ли ей что-нибудь? Хотел бы я хоть одним глазком заглянуть в ее сны!
Дверь тихо приоткрывается, и Рита на цыпочках пробирается ко мне.
– Зачем встала? У нас все хорошо.
– У меня тоже все хорошо. Температура начала снижаться. Марина Семеновна сказала, что застой прошел, но мне лучше чаще прикладывать ее к груди.
– Так что это значит? Кто-то просто мало ест? – с усмешкой спрашиваю у нее.
– Ладно тебе, не ругай Сонечку, – улыбается Ритка, осторожно усаживаясь рядом. – Все хорошо. Правда.
Внимательно осматриваю ее, и беспокойство ненадолго уходит, сменяясь радостью – с ней все хорошо! Сдвигаюсь в сторону, придерживая Соню одной рукой, а другой притягиваю Ритку к себе, прижимаю к тому месту, где бьется мое сердце. Рита покорно устраивается на моей груди и гладит Сонину головку, неотрывно глядя мне в глаза.
– Смотрю, вы стали идеальной парочкой. Не разлей вода.
– Ты права, – киваю ей. – Соня – умничка. Слушается папу, не устраивает капризов. Здорово, если так будет всегда, да?
– Я бы хотела этого.
– Значит, так и будет. – Целую Риту в макушку. – Мой внезапный отпуск подходит к концу. Ты справишься сама, если я буду уезжать из дома на несколько часов? Как только тетя Нюра поправится, я привезу ее на подмогу, а сейчас… даже не знаю… можно ли доверить вас кому-то постороннему? Если только попытаться уговорить Марину Семеновну…
– Мы справимся, Ярослав. Не переживай, это всего лишь маленький ребенок. Уверена, я сумею позаботиться о своей дочери не хуже тебя!
В ее голосе слышится усмешка, и я вскидываю брови в удивлении.
– Уж не хочешь ли ты сказать, что ревнуешь Соню ко мне?
– Может, я, напротив, тебя к ней ревную. Она еще не успела родиться, а уже завладела всем твоим вниманием.
– Ну ты же не серьезно? Софья Ярославна так похожа на тебя, конфетка! Такая же маленькая сладенькая девочка! Вас же просто невозможно не любить!
– Ярославна, значит? – возмущенно ахает Ритка, и Соня распахивает глазки. – С чего ты решил…
– Ш-ш-ш, – покачивая ребенка, говорю Ритке. – Я все решил. Спорить бесполезно. Когда все закончится, мы с тобой распишемся, и я удочерю Соню. Не хочу, чтобы вы хоть фамилией продолжали относиться к этому… – осекаюсь от недовольного взгляда Сони и проглатываю ругательство, – Туманову. Моя женщина и мой ребенок будут носить только мою фамилию.
Соня поддакивает мне своим писком, и я смещаюсь еще дальше и укладываю девочку между нами с Ритой.
– Видишь, Сонечка тоже так думает. Не волнуйся, Сонечка, папа тебя никому не отдаст. Тем более тому, кто меньше всего этого заслуживает – ну уж нет!
Рита начинает кормить малышку, а я глажу пушистую макушку и продолжаю:
– У меня складывается такое впечатление, что ты, Маргарита, хочешь лишь использовать меня для каких-то своих целей, а потом на полном серьезе планируешь просто сбежать, словно ничего и не было.
– Я тебя люблю! – выпаливает Ритка. – Я согласна на все, что ты можешь мне предложить.
Оглядываю ее с сомнением.
– Да? Учти, если ты однажды подхватишь Соню и скроешься в неизвестном направлении, я…
– Я не сбегу, Яр. Обещаю. Больше никаких секретов, тайн и побегов.
Я улыбаюсь, обнимая ее. Удерживаю достаточную дистанцию для Сони и целую Риту. Мое сердце переполнено любовью. Кажется, впервые в жизни я чувствую себя на своем месте.
Возвращаться на работу и бросать девочек наедине со сложностями адаптации совсем не хочется. Но мне необходимо как можно скорее закрыть это чертово дело. Лишь тогда мне не придется держать свое счастье за семью замками и бояться за ее благополучие.
Ангелина входит в кабинет, когда я, попивая кофе из бумажного стаканчика, рассматриваю материалы дела на доске.
– О, Власов! Ну как? Нашел, чего искал?
– Даже больше! – обтекаемо отвечаю ей. – Есть новости?
– Ничего, – раздраженно бросает она. – Я надеялась, ты вернешься с новостями…
– Знаешь, я, пожалуй, покатаюсь по городу, а ты езжай домой, отдохни, если у тебя нет других дел.
– Ярик, ты здоров? Отпускаешь меня домой с самого утра?
– Гель, мне нужно подумать. Ты знаешь, что это значит.
– Да, да, да. – Она закатывает глаза. – Бесцельно будешь кружить по городу, гоняя по кругу в голове все, что тебе известно об этом деле. И посторонние тебе не нужны.
– Спасибо за понимание, Гель.
Я действительно делаю несколько кругов по улицам города, перебарывая желание заехать домой, но это не выход. Это не уймет мое беспокойство. Поэтому я еду в больницу, где лежит нотариус Туманова, и прохожу к нему под недовольным взглядом медсестры.
– Здравствуйте, вы помните меня? Майор Власов, Следственный комитет, – начинаю прямо с порога. – Меня интересует информация относительно Аркадия Туманова. Он переписал завещание незадолго до смерти, верно?
Мужчина коротко кивает.
