– Решил, потяну за ниточку, все быстро распутаю, и девчонке не придется мучиться на сносях. Она не виновата, что я где-то что-то упустил. Хотел вникнуть, учитывая новые обстоятельства, но…
– Только не вздумай винить себя во всех бедах, ладно?
– Ангелин, это действительно моя вина. Если бы я поступил правильно…
– Твою Туманову отправили бы под следствие. Бесконечные допросы, вероятнее всего, содержание в изоляторе по совокупной тяжести обвинений… Ну, ты же не дурак, Власов. Она могла даже не родить твоего ребенка! Ты знаешь это не хуже меня! Поэтому ты и прятал ее от следствия. Беременность в ее случае не дала бы ни смягчения, ни поблажек, ни отсрочек. Ты все сделал правильно. Нужно было раньше мне рассказать – две головы всегда больше, чем одна.
– Гель, я…
– Да все я понимаю, Ярик, – отмахивается она. – Теперь я с тобой. И всегда – за тебя.
Ангелина крепко обнимает меня, выказывая поддержку. Черт, мне действительно не хватало простого заверения, что кто-то на моей стороне. Кто-то, кто готов сыграть в моей команде.
– С чего начнем?
– Для начала нужно разослать ориентировки по городу и области, что разыскивается молодой мужчина, предположительно двадцати – двадцати пяти лет, худощавого телосложения, рост примерно сто восемьдесят сантиметров. Желательно охватить и соседние области, а также пусть проверят Нагорск. В частности, меня интересуют подходящие по типажу мужчины с детьми до полугодовалого возраста. Старше брать смысла нет, максимум, за который можно выдать Соньку, это плюс два-три месяца. Пусть проверяют документы на наличие отметки о детях у всех, даже если они передвигаются в сопровождении женщин. Требуется уделить внимание покупателям детских товаров в сетевых магазинах, специализированных детских и аптеках.
– Ярослав, это нереально, – качает головой Власова. – Ты представляешь, каков объем разыскных мероприятий? Так мы никогда не найдем иголку в стоге сена.
– Ну, а что ты предлагаешь? Просто сидеть и ждать я не могу. Это моя дочь, и я всю страну переверну, чтобы ее найти.
– Я понимаю тебя, правда. Но, Ярик, не пори горячку, а то наломаешь дров. Так мы только заставим его затаиться. У нас нет на него ничего, он слепое пятно в нашем деле.
– И что ты предлагаешь? – до хруста сжимаю челюсть.
– Для начала успокойся, – говорит Ангелина, но, завидев мой взгляд, тут же осекается. – Хорошо, я поняла. Можешь не успокаиваться. Сейчас для нас главное – не показать преступнику, что мы вышли на него. Наведем смуту, и он начнет торопиться. Пока он думает, что ты тяжело ранен, а Рита одной ногой в тюрьме, он будет выжидать. Но как только почувствует, что запахло жареным, он может и заднюю включить.
– Тогда поехали в комитет и еще раз разложим все по полочкам. В свете вскрывшихся фактов обмозгуем варианты.
– Да, поехали.
Мы сидим до глубокой ночи. И весь следующий день. И еще один. И я все больше убеждаюсь в том, что мое совершенно невозможное предположение не только реально, но и единственное, что имеет хоть какой-то смысл.
– Ангелин, тебе не кажется странным, что во многих показаниях фигурирует нездоровое поведение Тумановой?
– Не хочу тебя расстраивать, Власов, – она маскирует смешок деликатным покашливанием, – но проблемы с головой твоей зазнобы пока никто не отменяет.
– Да иди ты! – усмехаюсь я. – Гель, я же серьезно. Разве не подозрительно, что все эти странные моменты с самого ее детства и до настоящего времени происходили вроде бы с ее участием, но самой Риты там как бы и не было?
– Что ты имеешь в виду?
Власова откладывает очередной документ в сторону и с любопытством смотрит на меня.
– Начну в обратном порядке, чтобы ты уловила ход моих мыслей, – говорю ей, беру блокнот и рисую первый круг. – Маргариту Туманову по свидетельским показаниям видели в квартале от моего дома, это раз. Но ее там не было, это доподлинно известный факт. Рита была у меня дома со своим… – делаю глубокий вдох, – с нашим ребенком. Сразу после твоего звонка я вывез их из города, где на нас напал неизвестный. Два: свидетель видел Туманову в соседнем районном центре, выходящей из аптеки. Но! Рита была опять же под моим присмотром. Если бы это была Туманова, скрыть беременность ей бы никак не удалось. А свидетель не указывал на сей факт. Три: нам подсунули левую запись, на которой якобы Туманова рассекает просторы Нагорска, но Рита не была в родном городе ни разу после переезда. И снова достоверный факт: в тот день, когда мы уехали в Нагорск, в мой дом влез молодой мужчина в черной толстовке. В тот самый дом, где меня ждала беременная Туманова!
Ангелина грызет карандаш.
– Тебя отвлекали уже тогда. Ты должен был подумать, что Туманова сбежала в Нагорск, и рвануть туда.
– Но рванул я домой, поэтому у него ничего не вышло.
– Странно, – протягивает Ангелина. – Почему преступник был убежден, что ты уедешь?
– Потому что это мое дело и полковник настучал мне по шапке.
– Значит ли это, что у него есть выходы на верхушку?
– Сомнительно и маловероятно. Скорее, просто просчитался в психологии.
