– С такой подготовкой? Сомнительно, Яр. Скорее… – Геля на мгновение задумывается. – Скорее всего, он прощупывал почву. Вашу связь с Маргаритой. Насколько ты готов ее защищать и что поставишь в приоритет.
– А когда понял, что Риту я без боя увести не дам, он затаился и начал выжидать подходящий момент?
– Похоже на то.
– Не сходится. Ни черта не сходится. Нас накрыли на подъезде к городу. Как раз под типаж преступника подходит клиент автосервиса.
– Погоди-ка! – Власова находит среди бумаг объяснительную записку и зачитывает: – «Внешность и голос странные, больше похожи на женские. Словно специально косит под мужика». Вот оно! Я все думала, как Туманова могла быть там, где ее не было? Что, если это не мужчина, а женщина? Молодая, внешне похожа на Риту. Возможно, одна из постоянных любовниц Аркадия Туманова, которая знала про завещание и ребенка.
– Помнишь про нападение на Ритину одноклассницу, в котором ее обвиняли? Что, если это звенья одной цепи?
– Кто-то из школы мстит до сих пор? Совершенно неправдоподобно. Извини, Ярик, я знаю, что ты хочешь как можно скорее найти дочь, но не сгребай все в одну кучу.
– Нет, выслушай до конца. Это как раз четвертый случай, когда Туманова вроде бы была, но ее не было.
Ладно, если Ангелина сочтет меня сумасшедшим, так тому и быть.
– Был еще и пятый случай.
– Какой? – выразительно смотрит она на меня, словно читает мои мысли.
– Няня из психоневрологического диспансера. Маленькая девочка Рита, прячущаяся от врачей и мамы на лестнице.
– Ты бредишь, Власов! Уж не считаешь ли ты, что у Пелевиных был еще один ребенок, дочь, которую они прятали всю жизнь, и теперь она мстит Маргарите?
– Я считаю, что Максим Пелевин жив и именно он виновен во всех преступлениях.
Десять дней.
Ровно столько прошло с того самого момента, как я заставила себя сказать правду. Жалею, что не сказала раньше. Возможно, ничего бы и не изменилось, но Ярослав бы знал, что Соня – девочка, которую он полюбил просто так, потому что он хороший и добрый человек, – его дочь. Какое у меня оправдание? Да никакого! Кроме страха, что мужчина играет со мной, что предаст, когда придет время. Вот и оберегала свой секрет всеми силами, хотя порой хотелось рассказать ему. Лишь надежда на то, что, если мои ожидания окажутся верными, этот ничтожный факт сможет его остановить, теплилась в душе. А теперь я жалею.
Возможно, представляю я на миг, что, расскажи я раньше, ничего этого не случилось бы. Ни-че-го. Ярослав сумел бы спрятать нас получше. Он защитил бы свою дочь. Если бы я не была такой дурой, если бы рассказала все сразу, он защитил бы нашу девочку. Спрятал ее. От всего мира. Я корю себя самыми ужасными словами за малодушие, с которым продолжала молчать. Как улыбалась ему, как принимала его заботу, как обманывала, глядя в глаза. Я ужасный человек, и именно поэтому все это случилось со мной. А как иначе, если я скрыла от любимого и любящего мужчины правду о его ребенке?
Я так часто вспоминала Ярослава в первые дни после свадьбы, когда тряслась, прячась от пьяного Туманова. Наивно мечтала, чтобы незнакомец, которому я вручила свою девственность назло родителям, постучал в двери моего нового дома и просто забрал меня с собой. Но сказок не бывает. Прекрасные принцы в настоящей жизни не ищут сбежавших Золушек.
Шли дни. Я носила под сердцем ребенка от первого встречного, а мой так называемый муж практически не обращал на меня внимания, все больше утопая в стакане с горячительным пойлом. Вечерами он пугал меня до невозможности, и я мечтала, чтобы это закончилось. Правда. Я ужасный человек, помните, я говорила? Я мечтала, чтобы мой муж загнулся от пьянства и я просто смогла бы спокойно выносить и родить своего ребенка.
Увидев Ярослава в тумановском особняке, я глазам своим не поверила. Меня полоскало несколько дней, от слабости я едва держалась на ногах. Даже не помню, зачем я спустилась вниз. Но я увидела отца своей девочки, и у меня потемнело в глазах. Глупая, замученная токсикозом и неадекватным поведением мужа девчонка наивно решила, что он нашел меня.
Пыталась потом разузнать у Аркадия об этом мужчине, но получила лишь звонкую оплеуху в ответ.
– Что, дрянь, думаешь, ты кому-то нужна со своим недоноском? – кричал Туманов, брызжа слюной.
От страха я пятилась от него, не решаясь повернуться спиной. Наследника он ждал, да. Гордился, что скоро станет отцом. Пока был трезв. В пьяном угаре же он не стеснялся ни в выражениях, ни в действиях.
– Что ты за жена такая, что на чужих мужиков засматриваешься, а мужу своему дать не можешь?
Он подошел вплотную. Пути к отступлению больше не было – я уперлась лопатками в стену. Аркадий снова замахнулся, я малодушно закрыла глаза, но он лишь сжал мою челюсть своей ручищей.
– Будешь засматриваться на мужиков, которые приходят ко мне по работе, немощная, – я быстро запру тебя в твоей спальне! На всю жизнь! Ты поняла?!
