– Царь, – обратилась она к Артему, и дрожь в голосе выдавала ее волнение. – Я должна выдержать траур тридцать дней и похоронить мужа и сыновей как положено. Потом я смогу выйти замуж за этого…
– Не этого, – перебил ее Артем. – Это мой личный наместник, самый главный человек здесь после меня. Он имеет право казнить и миловать, захочет – и твои дочери станут ему наложницами, ты этого хочешь?
– Нет, сир, – с трудом произнесла она новый титул Артема. – Не хочу, чтобы и дочери страдали.
– Вот и правильно, относись с уважением к своему будущему мужу. А ты, – Артем погрозил пальцем воину, – будь хорошим мужем и не тряпкой в руках. Узнаю – выгоню.
Воин слегка усмехнулся и посмотрел на поникшую борзу.
– Все исполню, сир, как велено, – произнес он.
– Вот и хорошо, – Артем встал. – Пусть мне покажут мою комнату.
Борза взглянула на старшую дочку и кивком головы подняла ее.
– Митсария покажет вам вашу комнату, сир, – произнесла она.
Артем рассмеялся.
– Борза, под меня не надо подкладывать свою дочь. Пусть служанка покажет. Храни дочь в чистоте и непорочности.
Старшая покраснела до корней волос и села. Но борза ответила:
– Ей уже можно, она вдова.
– Тогда пусть проводит, – согласился Артем и увидел лютый взгляд Неелы, который она бросила на дочку борзы.
Мысленно Артем усмехнулся. Неела была невероятно ревнива и видела соперниц в каждой женщине. Это вызывало у него раздражение, и он решил преподать ей урок. Он не принадлежал ей – он был царем, и она должна была это понять. Не она выбирала, а он.
Сегодня Артем решил вознаградить себя вниманием молодой вдовы. Он не знал обстоятельств, которые привели ее ко вдовству, но ему было любопытно это выяснить.
Девушка, опустив глаза и заливаясь краской смущения, шла чуть позади.
– Ты хочешь разделить со мной постель? – спросил ее Артем.
– Да, – ответила она тихо, но в ее голосе звучала решимость.
Он усмехнулся и прошел в открытую перед ним дверь.
– Это моя спальня, – произнесла девушка, поставив светильник на столик у кровати. Закрыла дверь и нерешительно остановилась.
– Как тебя зовут? – спросил Артем.
– Митсария, сир.
– Сколько тебе лет?
– Двадцать, сир.
– И давно ты вдова?
– Три года как.
– Что случилось с твоим мужем?
– Он погиб, когда был набег горцев, и меня вернули домой, – отвечала на вопросы Артема Митсария.
– И что, у тебя не было мужчин после этого?
– Не было, – вздохнула она.
– Тогда ложись. Я тебя немного порадую, – сказал Артем. – Закрой на засов дверь. Смерть отца и братьев не помешает тебе принять мои ласки?
– Нет, – равнодушно ответила она и скинула платье.
Под ним она была полностью обнаженной. Артем знал, что в их царстве чистота была забытым понятием, но, прочесав голову, приказал:
– Вели служанкам принести бочку и горячую воду, мы совершим омовение.
Комната погрузилась в полумрак, освещенная лишь слабым светом светильника. Митсария медленно подошла к двери и, открыв ее, крикнула:
– Лирдазияна, бочку и горячую воду, быстро. – Затем подошла к Артему.
Артем, возвышаясь над ней, наблюдал за каждым ее движением, словно хищник, готовящийся к прыжку.
Вскоре принесли бочку, и молчаливые служанки быстро наполнили ее водой. Девушка без вопросов залезла в нее и тщательно вымылась. Артем мыться не стал – он был под защитой святого источника и понимал, что частью благодатной силы этого источника поделится с девушкой, отдавая ей то, что она никогда не имела и не могла получить.
«Но, видимо, это опять высшее провидение», – подумал Артем и повлек к себе молодую, истосковавшуюся по мужской ласке женщину.
Артам вернулся в расположение ордена паладинов и, поделившись с князьями приятными новостями, направился в столовую, чтобы поесть. Обед уже прошел, и он, сидя в одиночестве, наслаждался колбасой с хлебом, запивая горячим взваром. Неожиданно рядом с ним появился крупный мужчина в ладных доспехах с мужественными чертами лица.
– Ешь? – спросил мужчина, присаживаясь рядом, отломил кусок колбасы и начал жевать. Он хранил молчание, и Артам, хотя и был удивлен, тоже не нарушал тишину. Его пробрало, и он, не жуя, моргал, уставившись на воина.
Прожевав, мужчина вытер руки о скатерть и произнес:
– Артам, ты еще не старый, а воняет от тебя не пойми чем. Демонами, что ли? Даже противно. Когда пойдешь за реку, возьми своих гоплитов, там намечается небольшая война, и я хочу, чтобы они повоевали во славу Марселона. Это, если что, я. Давай ешь, а я пойду… Но как ты неприятно пахнешь все же, – поморщившись, произнес воин и исчез так же быстро, как появился.
В зал вошел Хойскар и сообщил:
– Князь, мы убываем, что передать брату Артему?
Артам пришел в себя, стряхнул наваждение и откашлялся. Затем выплюнул недожеванный кусок колбасы и хрипло ответил:
– Скажи Артему, что я приведу с собой гоплитов на войну во славу Марселона.
Хойскар удивился, но лишь ответил:
– Ладно, как скажешь, – и ушел. Артам задумчиво уставился в стену.
