К концу дня я чувствовала себя как трусы, поставленные на отжим в стиральной машинке. И устала, и измотана, и немного опустошена. Сделав несколько глотков крепкого чая, я приготовилась к новым вызовам, понимая, что впереди — еще много важных и сложных дел.
В этот момент в комнату проник тревожный голос.
— Госпожа доктор, — послышался он, — тут вас хочет видеть один мужчина.
Я насторожилась. Вся моя жизнь за эти дни превратилась в цепь неожиданных встреч и откровений. Первым моим мысленным порывом было предположить, что это — генерал. Эта мысль вдруг согрела меня. Я очень переживала за него. И хотелось бы узнать, что у него все хорошо.
— Он ждет вас в комнате для посетителей, — произнесла дежурная, а я устало поднялась и поковыляла
Но, когда меня привели в комнату для посетителей, я поняла, что ошиблась. Там сидел вовсе не генерал, а незнакомый пожилой мужчина. Сухонький, очень чопорный, словно вышедший из старинных книг или винтажной фотографии. Его лицо было бледным, а взгляд — холодным и сосредоточенным. Он словно не принадлежал этому миру, будто его, всего такого изящного и винтажного, достали с полки, отряхнули от моли и усадили в кресло прямо посреди комнаты.
— Мисс Аллегра! Вы так изменились! — вздохнул он, одёргивая манжеты, как будто хотел убедиться, что всё в порядке с его одеждой. — Я надеюсь, вы меня помните.
— Эммм…. - потерялась я в догадках. — К своему стыду — нет!
— Я — поверенный вашей семьи! — откланялся незнакомец.
— Что вы хотели? — спросила я полушепотом я, ощущая легкую дрожь волнения в собственном голосе. Поверенные просто так не являются!
Поверенный взглянул на меня, словно разглядывал редкую ценность, и произнёс с холодной решимостью:
— У меня для вас ужасная новость…
— Какая? — едва ли не заикаясь, спросила я, пытаясь осмыслить услышанное.
— Ваш достопочтенный отец Эдверт Гриар скончался сегодня утром, — сухо произнёс господин, скорбно опустив глаза.
Я почувствовала, как меня сковывает внезапная слабость. В голове мелькнула мысль: «Ну и новость…» — и одновременно возникло ощущение, словно мне как бы должно быть не все равно, а мне пофигу.
— Очень жаль, — произнесла я, совершенно неискренне, понимая, что речь идёт о человеке, которого я никогда не знала.
— Поскольку ваша матушка скончалась несколько лет назад, — продолжил поверенный сухим и канцелярским голосом, — считается, что вы — единственная наследница состояния.
Мои брови удивлённо поднялись. Вот сейчас мне действительно нужен стульчик, чтобы присесть — срочно нужно прижать попу, чтобы на неё не налипли свежие неприятности.
— Какого состояния? — спросила я, чувствуя, как внутри всё сжалось. Тон поверенного был далек от радостного, и я чувствовала, что где-то кроется подвох!
— Состояния вашей семьи. Ваш достопочтенный отец, своей последней волей, пожелал, чтобы поместье и всё состояние семьи досталось именно вам, — объявил поверенный с мрачной торжественностью.
Я ошарашенно заметила:
— Он что, простил меня?
— Не совсем, — улыбнулся поверенный с легкой иронией. — Просто он разругался с вашим троюродным братом, который должен был унаследовать ваше поместье и родовую магию… Это случилось как раз перед смертью вашего достопочтенного отца, и по его воле завещание в последний момент было переписано на вас. Поэтому, соболезную и поздравляю.
— Что ж такое получается? — словно у меня в голове зазвучал тревожный звон. — У меня теперь есть поместье? Нет, нет, не может быть!
— Вот копия завещания, — заметил поверенный, протягивая мне бумагу. — Я уже отдал распоряжение о похоронах вашего отца. Вам так же возвращен титул, фамилия и …
Он достал шкатулку с перстнем, открыл ее перед моим носом.
— И доступ к родовой магии.
Я долго молчала, ощущая, как внутри всё переворачивается. Несколько минут я обдумывала открывшуюся передо мной перспективу. Если еще пять минут назад я была бездомной, то теперь моя мечта о доме сбылась!
Мне захотелось ущипнуть себя, чтобы понять, не сон ли это.
— Ознакомьтесь с последней волей вашего отца, — с этими словами поверенный протянул мне документ, и я пробежала глазами по бумаге.
Что-то пробормотав, похожее на благодарность, я вышла в коридор, чувствуя себя словно в тумане. Сейчас я пыталась отдышаться от внезапно свалившегося на мою голову счастья! Нет, ну надо же!
— Не хотите прокатиться и посмотреть ваши новые владения? — спросил поверенный.
— Конечно хочу! — кивнула я. О, о большем я мечтать не смела! — Только в конце рабочего дня. А то меня ждут пациенты!
Я с нетерпением ждала конца дня, думая о том, как же здорово, что у меня теперь есть свой дом.
— Я тут! — бросилась я к карете поверенного, чувствуя, как в душе цветут весенние сады.
Конечно, для скорбящей дочери я выглядела слишком счастливой, но меня это мало заботило.
