– Вариант, действительно, замечательный, товарищ Комаров, и мы с товарищем Холодовы и другими штабистами всесторонне обсуждали его. Почему он отвергнут? Потому что мы опасаемся, что со стороны Риги к немцам подоспеет помощь, и наши части сами окажутся меж двух огней. Вот в чем главная загвоздка, товарищ Комаров. Поэтому мы так и задумали – как можно быстрее уничтожить сначала южную, потом восточную группировки противника вместе с высотой, а потом, если враг действительно подбросит резервы с фронта, развернуть боевые действия против них. То есть соблюдаем принцип – уничтожаем каждого в отдельности.
Комаров:
– Не понимаю, зачем нам бояться подходов резервов противника! Простое решение – выставить крепкий заслон на их пути со стороны Риги. Ведь у нас после южной операции освобождаются две стрелковые дивизии и один танковый полк. Кроме того, как я понял, в нашей общей операции остается не задействованным противотанковый полк. Его туда же – в заслон. Вот и всё решение вопроса в случае подхода резервов противника.
Холодов:
– Но вы забываете о том, товарищ Комаров, что две освобождающиеся стрелковые дивизии – не на колесах, у них пеший ход. Когда они доберутся до места заслона?
Комаров:
– Судя по карте, самое многое через двое суток. Думаете, немцы быстрее прискачут? Я не думаю. Они вон уже где, почти в Пскове.
Холодов:
– И вы уверены, что других частей у немцев поблизости к нам не найдется?
Комаров:
– У меня не может быть такой уверенности. В любом случае одного стрелкового противотанкового полков вполне достаточно для начала, чтобы задержать наступающего противника.
Самойлов:
– Хорошо, товарищ Комаров. Мы еще раз обсудим ваше предложение, и уже завтра вы получите окончательный приказ.
На этом военный совет завершил свою работу. Когда Самойлов остался с Холодовым наедине, он сказал ему:
– Константин Иванович, как у вас со штатом штабных работников? Их достаточно?
– Для разработки плана предстоящей операции едва-едва наскребли. Но вроде бы уложились в сроки.
– Понадобятся еще люди, прямо сейчас, ищите, где угодно. Уже с завтрашнего дня приступайте к разработки дальнейшей, но более масштабной операции по уничтожению коммуникаций противника в Прибалтике. Первое. После ликвидации германского корпуса захватываем Ригу. Туда достаточно послать один танковый и один механизированный полки. Если не справятся, больше не будем соваться туда. Но думаю, там немецких сил маловато. Зато Рига – это база для германского военно-морского флота, это – порт, через который пойдут грузы в действующую армию. Второе. Приступите к созданию десяток подвижных отрядов на колесах в составе трех-четырех танков КВ-1 и Т-34, одной батареи противотанковых орудий, одной батарее полевых орудий, одной минометной роты и одной – двух стрелковых рот, в зависимости от поставленной задачи перед подвижными отрядами. При этом надо обязательно придерживаться правила – формировать и оснащать их по принципу «все с собой». То есть брать с собой все, что потребуется в походе и боях: ремонтную летучку для танков и автомобилей, запасы под завязку горючего, боеприпасов, продовольствия и даже воды на всякий случай. Загрузить все это на колеса и отправить по адресам. По каким адресам, я сейчас скажу.
Самолов поднялся со стула, сладко подтянулся, прошелся, снова сел.
– А адреса такие. О Риге я уже говорил. Затем Шауляй, оттуда к Двинску, рушим там все мосты. Другое направление – в сторону Каунаса. Если не будет больших препятствий, можно будет попытаться добраться до Вильнюса. Третье направление – Тильзит и порт Мёмель. Да, да, товарищ Холодов, не улыбайтесь, Тильзит и Мёмель, это уже Пруссия. Вы все еще смеетесь? Так до них всего ничего от Шауляя – 200–300 километров, одна ночь или полдня езды. Зато эффект политический будет потрясающий – русские в Пруссии, нога большевиков ступила в фатерлянд. Каково, а? – и Самойлов рассмеялся.
Протерев выступившие на глазах слезы, Самойлов продолжал:
– Взятие этих двух прусских твердынь будет иметь и оборонное, и экономическое значение. Мёмель – это крупная военно-морская база Германии, порт перевалки грузов для фронта. Там рушим все причалы и другу инфраструктуру, а если повезет, то и корабли на рейде. Тильзит – крупный железнодорожный узел, уничтожаем его, потом машем ручкой и сматываемся. А шуму сколько, товарищ Холодов, а шуму! – и Самойлов снова рассмеялся. Став опять серьезным, спросил:
– Вы готовы к такой работе, Константин Иванович?
– Идея неплохая, Иван Петрович, но у меня есть два возражения. Первое – нет прямой дороги от Шауляя до Двинска. Второе – выдержат ли двигатели и трансмиссии наших новых танков такие расстояния?
