Нужный им особняк находился к северу от станции Китидзедзи в самом центре жилого района, недалеко от границы с Сугинами-вард. Несмотря на звучное название, «Западный особняк», перед молодыми людьми предстало ветхое двухэтажное здание, больше напоминающее запущенную частную больницу, чем жилой дом.
– Ты уже успела побывать тут?
– Я много разного слыхала об этом жилище, но вижу его впервые. Что за древняя рухлядь, того и глядишь, развалится от старости.
– Ну, как сказать, как сказать. А по-моему, идеальное место для спеца в оккультизме.
– Я бы получила нервный срыв, пожив тут хотя бы пару деньков, – отрезала девушка и, постучав в дверь, позвала:
– Есть кто живой?
Издавая странный звук, напоминающий лягушачье кваканье, дверь медленно открылась, и на пороге предстала одетая в традиционные темно-синие японские одежды женщина.
– Вы из библиотеки?
Хонами утвердительно кивнула.
– Да. Мы с вами разговаривали несколько дней назад. Меня зовут Хонами Савада.
– Да-да, помню. Я вдова мистера Сугата Куниаки.
Женщина под сорок выглядела великолепно. Огромные, как у лани, глаза, изящная форма носа и влажные, блестящие губы. Невероятно сексуальная длинная шея...
– ... ваш спутник?..
– Мое имя Ринтаро Норизуки.
– Вы не очень-то похожи на работника библиотеки. Вы адвокат или что-то в этом роде?
– Я просто случайный попутчик. В прошлом году мне посчастливилось побывать на семинаре вашего мужа, я стал его поклонником и захотел побывать у него дома, посмотреть его шикарную библиотеку. Услышав, что Хонами едет сегодня к вам, я вызвался подвезти ее. Если вас не затруднит, я был бы счастлив увидеть кабинет моего кумира.
Эту простенькую ложь Ринтаро придумал вместе с девушкой и очень надеялся, что она сработает.
– Нет никаких проблем. Проходите, пожалуйста.
Женщина провела гостей в гостиную и вышла приготовить по чашке чая. Как только молодые люди остались одни, Ринтаро получил довольно чувствительный удар локтем. Повернувшись к Хонами, он увидел, что спутница еле себя сдерживает.
– Как ты жалок! Осталось только слюни пустить! А какой развратный взгляд!
– Ты о чем? Какой взгляд?
– Вы все одинаковы. Все мужчины не могут устоять перед животной красотой?
– О! Ты меня ревнуешь!
– Не надейся, просто предупреждаю, перед тем как дать пощечину.
– Воинственная амазонка. Теперь я понимаю, почему директор послал именно тебя на эту встречу.
Возвращение вдовы прервало пикировку молодых людей. Поставив на стол модный шикарный чайный сервиз, вдова извиняющимся тоном обратилась к паре:
– Я очень сожалею, что вам пришлось проделать такой длинный путь, чтобы поговорить со мной, но я после смерти мужа редко выхожу из дому.
– С тех пор как не стало вашего мужа, вы живете одна? – спросил Ринтаро.
Удобно устроившись напротив молодых людей, вдова ответила:
– Можно считать, что одна. Раз в два дня на пару часов приходит экономка, – женщина задумалась. – Дом стал слишком большим для меня одной. Если бы у нас были дети...
– Миссис Сугата, – демонстративно кашлянув, неожиданно резким тоном, произнесла Хонами. – Я вам сочувствую, но давайте перейдем к делу. Позвольте мне задать прямой вопрос: почему вы отказываетесь передать библиотеку вашего мужа в нашу библиотеку?
– Отказываюсь? Какое грубое слово...
– Мы несколько раз, – вновь оборвала ее девушка, – уже просили передать нам книги, но вы отказывались, все время давая необъяснимые расплывчатые ответы, которые можно понимать как отказ. Мы не давим на вас, но хотели бы знать, в чем проблема. Возможно, у вас есть серьезные аргументы для отказа? Так изложите их. Мы попробуем решить все вопросы.
Вдова помедлила, затем выпрямилась, словно решилась на какой-то шаг.
– Я прошу прощения, но... я думала, что если скажу вам правду... да вы просто не поверите мне. Я... Он вернулся, – выдохнула вдова.
– Кто он
– Мой муж!
Хонами и Ринтаро переглянулись.
– Вы, наверное, имеете в виду... призрак вашего супруга? – осторожно спросила девушка.
– Да, – кивнув, отвела глаза Сугата. – Это произошло на девятый день после его смерти. Я внезапно проснулась посреди ночи и увидела мужа, сидевшего рядом со мной на постели. У меня волосы стали дыбом, а все тело парализовало. Я не смогла выдавить ни звука и молча смотрела на него. Он долго смотрел на меня, а потом тихо проговорил:
– Тошико. Я не могу обрести душевный покой, как только подумаю о моих книгах. Я их собирал всю свою сознательную жизнь и не могу смириться с мыслью, что они будут отданы кому-то. Они мне как дети и должны остаться в своем доме. Они должны умереть вместе с этим старым особняком. То завещание… я слишком поспешил. Так не должно быть. Ты должна пообещать мне хранить их. Никому не отдавай их, хотя бы пока ты тут живешь.
Вдова замолчала, сделала глоток чая и продолжила:
– Он повторял это снова и снова, а когда взошло солнце, просто исчез. Он исчез, но оставил доказательство своего посещения. Рядом со мной на подушке лежал экслибрис{2}.