«Ужас как жарко», – подумала она.
– А что насчет вас? – спросила девушка. – Тот парень – прямо бальзам для глаз.
Она едва заметно кивнула в сторону Тео. Рен была склонна согласиться с ее оценкой. Его золотые волосы были аккуратно причесаны. Он с легкостью поддерживал разговор с Деллой. Время от времени на его губах появлялась спокойная улыбка. Рядом с ним Кора, хихикая, рассказывала какой-то случай из детства, где настойчиво фигурировали свиньи.
У Рен набухли на лбу и покатились вниз капли пота.
– Бальзам для глаз, – повторила Рен. – Простите, где здесь уборная?
– На улице, милая.
Рен улыбнулась и поблагодарила кивком. Она вытерла пот со лба тыльной стороной ладони и, немного смущаясь, вышла на крыльцо, где уже горел фонарь. Последние закатные лучи окрашивали горные вершины в алый цвет. Легкий прохладный ветер приятно обдувал кожу. Рен направилась прямо к отдельно стоящей деревянной постройке. Та была довольно узкой, и она невольно спросила себя, как сюда влезают братья Мэки. Не то чтобы она была не рада воспользоваться настоящим туалетом – последний раз ей выпало такое счастье еще в Поднебесье.
Закончив, Рен вновь вышла на воздух. Голова у нее слегка кружилась. Она посмотрела в сторону пастбища и увидела залитую лунным светом фигуру. Ее сердце ухнуло куда-то вниз, но потом она узнала маленькую Талию. Девочка стояла в дверях одного из домиков и с любопытством глядела на Рен. Она снова ей помахала, но девочка скрылась из виду. На мгновение Рен охватил ужас от мысли, что сюда может заявиться Клайд. Что он найдет эту беззащитную девочку. Но, если верить Коре, магия, возвратившая его к жизни, имела узкую направленность. Его голод не был обращен на случайно подвернувшихся под руку детей, как у сказочных чудовищ. Его интересовали исключительно они трое.
Она направилась обратно к крыльцу, но тут ее внимание привлекло свечение в дальнем углу фермы. Откуда-то шел дым. Может быть, отопительный котел? Дым освещался луной и звездами. Сначала он казался зеленым, затем синим, затем серебряным. Словно северное сияние.
Послышался кашель. Рен увидела на крыльце Лева, раскуривавшего трубку. Когда она приблизилась, он улыбнулся и впился в нее таким взглядом, каким Рен рассматривали докеры в порту. Долгий, ползущий по коже взгляд. «От этого лучше держаться подальше», – подумала она.
– Делл режет пирог, – сказал он и ткнул пальцем в дверь. – Скорей иди возьми себе кусок, пока парни Мэки его не слопали. Сладкое для
От последней фразы у нее встали дыбом волоски на шее. Она прошмыгнула в дом. Ее встретила теплая волна кухонной духоты. Что ж, придется смириться с тем, что она при всех будет обливаться потом. Она вытерла лицо рукавом и завернула за угол. Все за столом уставились на нее.
Кроме Тео и Коры. Оба они уронили головы на стол – кто-то подложил под них их собственные не очень-то чистые носовые платки. Делла напевала колыбельную и легонько гладила Тео по спине. Он никак не реагировал. У Рен снова закружилась голова. Она инстинктивно развернулась, чтобы бежать, но в дверях, сложив руки на груди, стоял Лев.
Она потянулась за жезлом, но ее рука схватила пустоту. На поясе его не было.
– Это ищешь? – спросил Лев и помахал ее жезлом в воздухе.
На запястье тоже ничего не было. Она спрятала материнский браслет в сумке. Рен была лишена доступа к магии. Она обернулась к столу, и Делла улыбнулась ей одним углом рта:
– Осторожно, милая. В тебе сейчас столько драконьего дыхания, что и лошадь бы отключилась. Особенно себя не вини – заметить его в еде нелегко. Горячие блюда, приправы. – Запах увядших цветов. Она должна была догадаться. Колени Рен начали подгибаться. – Мы столько работаем с этой субстанцией, что приобрели к ней невосприимчивость. Кроме Талии, естественно. За детьми мы строго следим.
Рен промямлила «почему», и оно прозвучало неразборчиво даже для ее собственных ушей. Но Делла, как видно, ее поняла.
– Можно сказать, что я не купилась на вашу историю. У нас тут бывают заблудившиеся путешественники. Исследователи, первопроходцы. Но никто не приходит с перевала. Никогда. Да и взгляни на себя. Нет нормальной обуви для пешего похода. Никакого снаряжения. Одна сумка на всех. Потерялись, говоришь?
Делла улыбнулась, и все поплыло перед глазами Рен.
– Если это значит, что вы оказались не в то время, не в том месте, то так оно и есть. Мы выясним, кто вас сюда послал и зачем. У нас есть много времени для того, чтобы выведать все твои секретики, милая. Мы очень скоро увидимся.
Свет сменился тьмой, и Рен упала.
Рен очнулась от тычка в бок. Темнота. Правая сторона головы болит как от удара о камень. Она невольно застонала. Ее глаза приспосабливались к отсутствию света. Контуры. Тени. Она услышала свое имя.
– Рен?
– Тео? А где Кора?
– Я здесь.
Послышался звон цепей. Рен попыталась сесть, но обнаружила, что крепко скована. Она могла сдвинуться всего на несколько дюймов. Девушка часто задышала – она плохо переносила закрытые пространства и ограничение подвижности. Ей не нравилось, что она не может влиять на положение своего тела.
