Движущиеся картинки полностью

– Вот видите? Вот видите? – тоскливо проговорил Гаспод. – Я ведь знал, что ничего хорошего не выйдет, если я признаю, что умею говорить. С собакой такого происходить не должно.

– Но произойдет, – пообещал Виктор.

– Ну ладно. Ладно. Много пользы это вам принесет, – пробубнил Гаспод.

Виктор ослабил хватку. Песик сел и отряхнулся от песка.

– Вам все равно не понять, – проворчал он. – Другая собака поняла бы, а вам не понять. Это видовой опыт, ясно? Как поцелуи. Вы вот знаете, что это такое, а я – нет. Это не собачий опыт. – Он заметил предостережение в глазах Виктора и продолжил: – Дело в том, что вы выглядите так, будто принадлежите этому месту. – Гаспод внимательно посмотрел на них. – Видите? Видите? – продолжил он. – Говорю же, вам не понять. Дело… дело в территориальности, ясно? Вы по всем признакам находитесь ровно там, где и должны. Почти все здесь чужаки, а вы – нет. Э‑э. Ну, вы замечали, наверное, что некоторые собаки лают на вас, когда вы приходите в новое место? Это не только запах виноват, у нас еще есть фантастическое чувство уместности. Знаете, как некоторым людям неуютно становится, если они видят, что картина повешена криво? Вот это то же самое, только хуже. Как будто вы сейчас должны находиться здесь, и больше нигде.

Гаспод снова посмотрел на них и старательно почесал ухо.

– Да какого черта, – пробормотал он. – Вот в чем беда: я могу объяснить это по-собачьи, но слушаете-то вы по-человечьи.

– Звучит словно какая-то мистика, – сказала Джинджер.

– Ты что-то говорил про мои глаза, – напомнил Виктор.

– Ну да. А ты на них смотрел?

Гаспод кивнул Джинджер:

– И ты тоже, дамочка.

– Не говори ерунды, – сказал Виктор. – Как мы можем посмотреть на собственные глаза?

Гаспод пожал плечами.

– Ну посмотрите друг на друга, – предложил он.

Они автоматически повернулись друг к другу.

Наступила долгая пауза. Гаспод воспользовался ею, чтобы шумно помочиться на колышек палатки.

В конце концов Виктор сказал:

– Ух ты.

– У меня тоже? – спросила Джинджер.

– Да. Это разве не больно?

– У себя спроси.

– Вот видите, – сказал Гаспод. – И к Достаблю приглядитесь, когда увидите его в следующий раз. По-настоящему приглядитесь, я имею в виду.

Виктор потер заслезившиеся глаза.

– Кажется, будто Голывуд призвал нас сюда, и что-то с нами сделал, и… и…

– …заклеймил нас, – с горечью закончила Джин-джер. – Вот что он сделал.

– На самом деле это, гм, выглядит довольно привлекательно, – галантно сказал Виктор. – Придает им этакий блеск.

На песок упала чья-то тень.

– Ах вот вы где, – сказал Достабль. Он положил руки на плечи поднявшихся Виктора и Джинджер в подобии объятия. – Вы, молодежь, вечно куда-то вместе убегаете, – лукаво заметил он. – И это хорошо для дела. Хорошо для дела. Очень романтично. Но нам нужно рисовать клик, у меня тут куча людей простаивает без толку, вас дожидаясь, так что давайте-ка сделаем это.

– Видите, о чем я? – очень тихо прошептал Гаспод.

Если знаешь, что ищешь, пропустить это было невозможно.

В серединке обоих глаз Достабля сияло по крошечной золотой звездочке.

В самом сердце великого темного континента Клатч воздух был тяжел и полон обещанием грядущего сезона дождей.

Из тростников у медленной бурой реки доносилось кваканье лягушек-быков[13]. На илистых отмелях нежились крокодилы.

Природа затаила дыхание.

Из голубятни Ажурала Н’Коута, скотовода, донеслось громкое воркование. Он прервал свою дрему на веранде и пошел посмотреть, в чем дело.

Несколько облезлых, продававшихся за бесценок ахтилоп Согну, что зевали и толпились на жаре, испуганно подняли головы, когда Н’Коут одним махом перескочил ступеньки веранды и рванул в их сторону.

Он обогнул загон для зебр и подбежал к своему помощнику М’Бу, который мирно вычищал страусиный помет.

– Сколько… – Н’Коут осекся и запыхтел.

М’Бу, которому было двенадцать, отбросил лопату и похлопал его по спине.

– Сколько… – совершил еще одну попытку Н’Коут.

– Снова перетрудились, шеф? – заботливо спросил М’Бу.

– Сколько у нас слонов?

– Я только что за ними убирал, – сказал М’Бу. – У нас их три.

– Уверен?

– Да, шеф, – спокойно ответил М’Бу. – Со слонами ошибиться трудно.

Ажурал уселся в красной пыли и поспешно начал выводить палочкой цифры.

– У старика Мулуккая наверняка найдется полдюжины, – бормотал он. – А у Тазикеля всегда есть десятка два, а у жителей дельты обычно…

– Кому-то нужны слоны, шеф?

– …пятнадцать голов, он сам мне говорил, и лесорубы, наверное, могут задешево продать мне партию – ну, скажем, дюжины две…

– Кому-то нужно много слонов, шеф?

– …говорил, что видел стадо по дороге в Т’Этсе, тут никаких проблем не будет, а есть еще всякие долины возле…

М’Бу привалился к ограде и стал ждать.

– Где-то две сотни плюс-минус десять слонов, – заключил Ажурал, отбрасывая палочку. – И близко не хватит.

– Не бывает плюс-минус десяти слонов, шеф, – твердо заявил М’Бу. Он знал, что пересчет слонов – наука точная. Это в количестве жен запутаться можно, но только не в слонах. Слон либо есть, либо его нет.