Движущиеся картинки полностью

Он пустился бежать и ухватился зубами за волочившуюся по земле ночную сорочку девушки. Та не остановилась и потащила его за собой. Кот рассмеялся – на взгляд Гаспода, слишком уж саркастически.

– Пора просыпаться, госпожа, – прорычал он, выпустив сорочку. Джинджер не остановилась.

– Видишь? – спросил кот. – Отрастили себе противостоящие пальцы и думают, что особенные.

– Я пойду за ней, – сказал Гаспод. – С одинокой девушкой ночью всякое может случиться.

– Фобаки, – проговорил кот, обращаясь к Писк. – Вечно вокруг людей увиваютфя. Попомни мои флова, у него фкоро и ошейник с бриллиантами будет, и мифка именная.

– Если хочешь шерсти лишиться, котеночек, так ты по адресу обратился, – прорычал Гаспод, вновь оскалив гниющие клыки.

– Я не обяфан терпеть такое обращение. – Кот надменно задрал нос. – Пойдем, Пифк. Отыщем себе мусорную кучу, где поменьше дряни.

Гаспод проводил их гневным взглядом.

– Слабаки! – прокричал он вслед.

А потом, ненавидя себя, бросился догонять Джинджер. «Будь я волком – а формально это и правда так, – подумал он, – дело бы точно кончилось блеском клыков и всем таким прочим. Любая девица, бродящая в одиночестве, узнала бы, что почем. Я ведь могу напасть, в любой момент могу, просто сознательно этого не делаю. И я уж точно за ней не приглядываю. Я знаю, что Виктор попросил меня за ней приглядывать, но никто не посмеет сказать, что я слушаюсь людей. Хотел бы я посмотреть на человечишку, который посмеет мне что-нибудь приказать. Я бы ему глотку выгрыз. Ха.

А если с ней что-нибудь случится – он ведь целыми днями будет ходить и грустить и наверняка забудет меня покормить. Оно, конечно, собакам вроде меня и не нужно, чтобы люди их кормили, я ведь и оленя могу завалить – запрыгнуть ему на спину и яремную вену перекусить, – просто на блюдечке еду получать удобнее».

Джинджер шагала быстро. Гаспод, вывалив язык, изо всех сил старался поспеть за ней. Голова у него раскалывалась.

Несколько раз он осторожно оглядывался, чтобы посмотреть, не следят ли за ним другие собаки. Если следят, подумал он, можно будет притвориться, что он за ней гонится. Тем более что он и так это делает. Да. Беда в том, что у него и в лучшие-то времена с дыхалкой были проблемы, и не отставать от Джинджер становилось все сложнее. Приличной девушке хватило бы совести притормозить.

Джинджер уже поднималась на холм.

Гаспод решил было залаять – если потом кто-нибудь станет об этом болтать, всегда можно будет сказать, что он хотел ее напугать. Вот только воздуха у него в легких едва хватило бы на устрашающий хрип.

Джинджер взобралась по склону и скрылась в маленькой ложбинке между деревьев.

Гаспод на подгибающихся лапах последовал за ней, восстановил равновесие, открыл было рот, чтобы проскулить предупреждение, – и чуть не подавился языком.

Дверь приоткрылась еще на несколько дюймов. На глазах у Гаспода гора песка осела еще сильнее.

И еще он слышал голоса. Казалось, что они произносят не слова, а скелеты слов, голые смыслы. Они гудели вокруг его круглой головы, словно комары-побирушки, выпрашивая, и умоляя, и…

…он был самым знаменитым псом на свете. Не было больше никаких колтунов, проплешины скрылись под лоснящимися кудряшками, шерсть покрыла все его внезапно постройневшее тело и больше не застревала между зубами. На тарелках перед ним возникали не таинственные разноцветные потроха, которыми он привык питаться, а багровые куски вырезки. Миска с его именем была полна сладкой воды – нет, пива. Витавшие в воздухе манящие ароматы подсказывали, что после того, как он утолит голод и жажду, множество собачьих леди будут рады составить ему компанию. Тысячи людей восхищались им. У него был именной ошейник и…

Нет, это неправильно. Только не ошейник. Согласишься на ошейник – а там и до игрушек с пищалками недалеко.

Видение недоуменно схлопнулось, и вот уже…

…он вел стаю между темных, увенчанных снежными шапками деревьев: красные пасти распахнуты, длинные лапы пожирают дорогу. У улепетывавших на санях людишек не было ни единого шанса; один из них, крича, распластался на дороге, когда под полозья подвернулась ветка, и вот уже Гаспод и волки набросились…