«Сраная политика! — думал он, натягивая штаны. — Сраная война! Сраные мстители! Играются в бирюльки, а люди умирают по-настоящему».
Но что можно сделать? Как вывести два государства на диалог, особенно с учётом психов и ренегатов, готовых жечь дома невинных просто за то, что они стоят с другой стороны границы? Как переломить вековые предрассудки?
А самое главное, стоит ли?
В который раз он задавал себе этот вопрос, напоминая: это не твоя страна, не твой народ, не твоя ответственность. Ты здесь случайно — сегодня пришёл, завтра уйдёшь и никогда не вспомнишь звон мечей и запах гари. Не услышишь тоненький детский плач.
— Сами разберутся, — бормотал Юрский, ожесточённо сражаясь с пуговицами рубашки. — Они тут все мудрые и искушённые, куда там мне, простому смертному.
«Ваша помощь была поистине неоценимой».
«Народ примет тебя, и даже упрямцам из Совета Десяти придётся смириться».
«Вы — настоящий король!»
Юрский затряс головой, как будто так действительно можно было вытряхнуть надоедливые мысли. Надо пройтись, успокоиться. Он решительно распахнул дверь спальни и вышел коридор.
— Юра?
— Конрарт?
— Ты почему не спишь?
— Ты что здесь делаешь?
Они говорили почти одновременно, одинаково изумлённые встречей в настолько поздний час.
— Я — твой телохранитель, — Этикет и субординация требовали от Конрарта отвечать первым. — Обеспечивать твою безопасность — моя первоочередная задача.
— Ночуя под дверью спальни? — скептически сощурился Юрский.
— Всего несколько часов, потом бы меня сменили.
— Ну-ну, — Не то, чтобы он не верил такому объяснению, просто чувствовал: здесь было что-то ещё. Как в поездке главнокомандующего армией в непримечательную приграничную деревушку.
— Так почему ты не спишь? — Конрарт не забыл свой вопрос.
— Да вот, — Юрский неопределённо взмахнул рукой. — Думки всякие.
— О чём, если не секрет?
— О войне и политике. Слушай, давай замнём тему. Я, собственно, и прогуляться вышел, чтобы развеяться.
— Ладно, — взгляд Конрарта на миг стал острым, как лезвие его меча. — Не против, если я составлю тебе компанию?
— Не против, — Как будто на это можно было ответить по другому.
Ночь была изумительно прекрасна. Двое стояли на крошечном балкончике невысокой Южной башни и заворожённо любовались величественно плывущим в небесах серебряным диском Луны. Тонкий аромат ночных цветов щекотал ноздри не запахом, а скорее намёком на запах. Откуда-то донеслась пробная соловьиная трель, трещали цикады.
— Будто в деревне или на даче, — нарушил молчание Юрский.
— Там, внизу, сад и оранжерея. Мать любит выращивать цветы.
— Понятно.
Они снова замолчали. Соловей решил, что сегодня в голосе, и запел уже в полную силу.
— Юра…
«Ох, нет, пожалуйста!»
— Я понимаю, насколько это болезненный вопрос, но нам необходимо поговорить.
— Да, — Юрский зябко обхватил себя за плечи, отворачиваясь. Он так старался не вспоминать ту историю…
— Я виноват перед тобой. Виноват смертельно, тут нет никаких оправданий. Клянусь, я бы без возражений отдал собственную жизнь за возможность повернуть время вспять.
— Не надо!.. — тут же развернулся к нему Юрский. Глупо, но отчего-то он всю жизнь верил в способность искренних слов рано или поздно сбываться. — Не надо ничем жертвовать! И вообще, — он отвёл глаза, — если ты забыл, там всё было добровольно. Здесь нет ничьей вины — просто так совпало. Сложились обстоятельства. Лично я вообще не вижу смысла зацикливаться на этом… происшествии. Ну, переспали под кайфом — всякое бывает иногда. Жизнь-то не закончилась… — «Хотя Вована я всё равно в лесу живьём закопаю, дайте только вернуться».
— Хорошо, — Что за странное выражение скользнуло по лицу Конрарта? Печаль? Облегчение? В любом случае, Юрский в этот момент сосредоточенно изучал каменную кладку Южной башни.
Двое стояли бок о бок на залитом лунным серебром балконе. Двое молчали, как привыкли молчать в то время, когда делили одно тело.
— Послушай, — Юрский отлепился от перил и наконец-то собрался с мужеством посмотреть в лицо своему собеседнику. — А давай вместе со мной на Землю?
— Прости, но не могу, — после недолгого раздумья ответил Конрарт. — Пусть я давно перестал интересоваться политикой, однако по-прежнему хороший солдат. Шин-Макоку и моему брату нужны такие люди.
— Ясно, — Глупо было надеяться, чудес же не бывает. Да и потом, без документов, без профессии — легко ли чужаку будет освоиться в другом мире?
— Юра… А ты точно не хочешь остаться?
— Точно, — Разочарование сделало тон ответа резче, чем хотелось. — Не моё это — управлять государством.
— Жаль. Но знаешь, я, пожалуй, всё равно отдам тебе это.
— Это? — такого поворота Юрский не ожидал.
— Да. Давай руку.
В машинально подставленную ладонь легла синяя капля кулона на короткой цепочке.
— На удачу, — коротко присовокупил к подарку Конрарт.
— Красивый, — Юрский заворожённо разглядывал мерцающий собственным светом полупрозрачный камень. — С-спасибо, — совсем смутившись от запинки, он негнущимися пальцами попытался расстегнуть хитрый замочек цепочки.
— Позволь мне помочь, — Застёжка беспрекословно подчинилась прикосновению Конрарта.
