Выставленная в качестве оплаты похлёбка оказалась ужасной — мутная жижа с редкими кусочками разваренных овощей. Исходящий от чана с баландой запах заставил Йозака незаметно поморщиться: даже арнольдских смертников в своё время кормили лучше. Но то армия, а это штатское лицо.
Тем не менее «легенда» требовала от него выражения благодарности даже за свиные помои. Получив свою порцию и помянув в ответ щедрость нанимателя, Йозак отошёл от раздачи. Как бы ненароком огляделся: где там его «объект»? Чужак неприкаянно болтался в конце очереди и имел все шансы вместо более или менее нормального обеда получить один овощной отвар.
— Эй, малыш, ну-ка давай миску! — подошёл к нему Йозак.
— Зачем это? — ощетинился пацан.
— За надом, — Быстрым движением доброжелатель выхватил посуду из рук паренька, заменив её своей. — Подожди-ка меня во-он там в сторонке, — махнул он рукой на пирамиду из деревянных ящиков, которые они не успели погрузить, и снова отправился к началу очереди, оставив растерявшегося паренька недоумённо хлопать глазами.
Заболтав зубы приятелям у раздачи и получив несанкционированную вторую порцию, довольный Йозак вернулся к условленной точке рандеву. Темноглазый чужак уже сидел там, сжимая в руках миску с нетронутой похлёбкой.
— Ты ешь, не стесняйся, — подавая пример, Йозак взялся за ложку. Новичок ещё раз задумчиво смерил его взглядом и тоже принялся за еду.
— Спасибо, — негромко сказал он.
— Пожалуйста, — сотрапезник даже не оторвался от процесса поглощения пищи. — Хотя, скажем прямо, похлёбка — дрянь.
— Да? — удивился паренёк, кажется, в первый раз обратив внимание на содержимое посуды. — Ну, жидковато, согласен. И запах… хм-м.
— Ты, похоже, давно без нормальных обедов, — хмыкнул его благодетель, вытирая дно миски остатками плохо пропечёного хлеба. Чужак промолчал.
— И всё-таки, шимаронские торгаши — страшные жмоты, — не смущаясь, продолжил Йозак светскую беседу.
— Шимаронские? — вскинулся парнишка. Любопытно, почему именно на это слово?
— Ну да. Каракка принадлежит купчишке из Торговой Гильдии Великого Шимарона, запамятовал его имя. А ты, получается, не в курсе, на чьё судно груз таскал?
— Не в курсе, — насупился парень. — Вербовщик сказал, что нужна рабсила, вот я и пошёл.
— Ты с этим делом поаккуратнее, — доброжелательно посоветовал Йозак. — А то нарвёшься на каких-нибудь мутных ребят и уедешь на рудники Субереры.
Чужак только горестно вздохнул.
— Ещё можно армейским попасться, — Уж пугать так пугать. — Ты думаешь, почему в порту одни старики работают? — Йозак машинально пригладил седые кудри своего парика. — Всё оттого, что Шимарон объявил мобилизацию и призвал к тому же союзные страны. Хорошо ещё вербовщики вглубь страны не лезут, а пасутся только в прибрежных городах.
— Шимарон готовится к войне? — моментально напрягся его собеседник. — С кем?
А сам-то ты как думаешь, двадцать седьмой в списке избранных мао?
— С мерзкими мазоку, конечно! — Йозак умело разыграл изумление от настолько нелепого вопроса.
— Ну да, как это я сразу не сообразил, — чужак сгорбился над своей миской, совершенно позабыв о плещущихся на дне остатках варева.
Йозак мысленно поставил «галочку» в графе «Сообщить величеству о текущем положении дел» и уже собирался перейти к пункту «Ненавязчиво предложить свою помощь», как со стороны раздался грубый окрик: — Эй, вы, двое!
К мирно обедающим портовым разнорабочим споро приближались сержант и трое солдат в форме характерного песочного цвета.
— Шимарон! — вставая, сквозь зубы прошипел Йозак. Парнишка тихонько ахнул и тоже резво вскочил на ноги.
— Это вы нам, уважаемые?
Сержант смерил тяжёлым взглядом седовласого работника, будто случайно загородившего собой юного сотрапезника, и грубо ответил: — Вам, вам. Кто такие будете?
— Местные мы, — Йозак прекрасно понимал, что всё это пустая болтовня, и на самом деле сержанту плевать на их ответы.
— Местные? Так, пацан, а ну шаг вперёд. Тебе сколько лет?
— А сколько дадите? — парень не двинулся с места.
— Ты мне не выкобенивайся! — шимаронец угрожающе положил руку на эфес короткого меча. — Слыхал про постановление о всеобщей мобилизации лиц от пятнадцати до пятидесяти?
— Ничего я не слыхал.
Ох, нарвётся, паршивец! Хотя какая разница? Ясно же, что просто так от них не отстанут.
— Значит, сейчас услыхал. Пойдёшь с нами — как раз успеем посадить тебя на сегодняшний корабль.
— Корабль куда?
— Ты что, тупой? В Великий Шимарон, разумеется. Радуйся, сопляк: теперь ты солдат доблестной армии его величества короля Белала.
— Передайте королю Белалу, что он вместе со своей армией может идти на хрен! — И неблагодарный новобранец спринтером рванул прочь.
— Куда?! — солдат, стоявший к ним ближе всех, бросился было наперехват, но споткнулся о профессионально сделанную подножку Йозака.
— Простите, уважаемый! — крикнул тот на ходу, с нестарческой скоростью припустив следом за новым приятелем.
— Стоя-а-ать! — во всё горло заорал сержант, да только кто ж его послушает?
