— Не твоё дело. Я тебя предупредил.
— Неужто наш Северус наконец, влюбился? — в голосе Каркарова явно слышались насмешливые нотки. Гарри с Роном ушам своим не верили. Неужели это страшилище имеет виды на мисс Хаксли?!
— Тебя это не касается, — прорычал Снейп. — Но ты знаешь, какие я умею варить зелья.
— Да ладно тебе, Северус. Я не собираюсь перебегать тебе дорогу. Меня сейчас волнует совсем другое.
Снейп с Каркаровым пошли дальше. По дороге Снейп так и сыпал наказаниями, снимая баллы направо и налево с влюблённых парочек, попадавшихся на его пути.
Гарри переглянулся с Роном. У Рона глаза округлились от удивления:
— Ты слышал? Нет, ну ты слышал? — Рон никак не мог прийти в себя, — Снейп влюблён в мисс Хаксли!
— Думаю, у него нет шансов, — пожал плечами Гарри., — Разве мисс Хаксли может понравиться это пугало?
Дойдя до большого каменного оленя, за которым искрились струи мощного фонтана, мальчики увидели Хагрида с мадам Максим, сидящими на скамейке у самой воды. Обернувшись, они заметили за кустом Флёр Делакур с Роджером Дэвисом.
— Да что они все, с ума посходили? — возмущённо шипел Рон, пытаясь вместе с Гарри незаметно пробраться мимо целующейся парочки.
***
После полуночи коридоры Хогвартса постепенно опустели. Снейп по старой прошлогодней привычке делал обход, загоняя загулявших студентов в свои гостиные. Его беспокоило отсутствие Рэйчел. Немного поостыв и вернувшись в зал, он поискал её глазами, но Рэйчел нигде не было. Он точно знал, что виной тому был не Каркаров. Но кто же тогда? Да мало ли в замке юных оболтусов, которые спят и видят себя в постели с красивой молодой преподавательницей. Да ещё эти приезжие…суровые северяне, тролль их раздери! К концу вечера его беспокойство, ревность и злость уже перехлёстывали через край. Да где же эта дрянь пропадает? И, главное — с кем? А может, она уже спит спокойно в своей комнате, в то время как он, Снейп места себе не находит. А, собственно, почему не находит? Что ему за дело до мисс Хаксли и её поклонников? Одни и те же вопросы и полное отсутствие вразумительных ответов на них.
Доведённый до белого каления, Снейп медленно шёл по пустынному коридору. Вдруг вдалеке ему послышались странные звуки. Женский голос, безбожно фальшивя, тихонько напевал весёлую песенку. Из-за поворота показалась фигура женщины в синей мантии. Волосы женщины слегка растрепались. Походка была нарочито твёрдой, как у крепко выпившего человека, пытающего казаться трезвым. Несмотря на все старания, плавность хода время от времени нарушалась и женщину слегка вело в сторону. Снейп остановился. Вот зараза! Она, ко всему прочему, ещё и набралась до неприличия!
Рэйчел поравнялась с ним и остановилась, слегка пошатываясь. Снейп смотрел на неё грозно и осуждающе, она бесшабашно улыбалась, пытаясь сфокусировать на нём свой разбегающийся взгляд.
— Тааак… — Снейп сложил руки на груди, — И где же это мы так наклюкались?
— У Сивиллы. Мы так хорошо посидели с девчонками. Они такие классные! — язык у Рэйчел слегка заплетался, но, кажется, она ещё соображала, что говорит.
— Курицы бестолковые! — зло прошипел Снейп, беря её под руку, — иди ровно и не пой.
Нужно было как можно скорее увести её отсюда. Мало ли кто мог пройти здесь, несмотря на позднее время. Снейпу не хотелось, чтобы кто-нибудь увидел её такой. Поэтому он быстро тащил Рэйчел по коридору, направляясь к её комнате. Она едва поспевала за ним, постоянно спотыкаясь и ругая его, но он крепко держал её за локоть и не обращал внимания на её брань.
Хвала Мерлину, она не накладывала на свою дверь никаких заклятий, так что комнату удалось открыть с помощью «Алохоморы». Снейп почти швырнул Рэйчел на стул и замер напротив, грозно хмурясь.
— Мисс Хаксли. Какого лысого тролля вы так нажрались?
Рэйчел громко икнула и с вызовом уставилась на Снейпа мутными глазами.
— А что такое? Имею я право расслабиться?
— Где же это вы так напряглись, чтоб настолько расслабиться? Неужели танцы отняли у вас столько сил?
— Танцы? — Рэйчел ударила кулаком по столу, спьяну не рассчитала силы и схватилась за ушибленную руку. Из глаз её брызнули слёзы, и Рэйчел заговорила громко, быстро и путанно, пытаясь избавиться от всего, что мучило её долгие месяцы, выплеснуть это из себя, выкричать боль, разрывавшую её изнутри.
