– А я уже не ввязался? Думаешь, они не вычислят, кто твой мотоцикл к управлению подогнал? А я живым не сдамся…
Олейников забарабанил пальцами по рулю.
– Ладно, – вздохнул он, – и то правда. Только чтоб слушаться меня.
– Слушаться буду… – улыбнулся Цибуля, возвращая ключи, – но потом… А сейчас ты мою идею послушай…
К Волжанскому управлению КГБ, прорезав темноту фарами, на бешеной скорости подлетела «Победа». Быстро вышли Зорин, Грошев и Юров. На пороге управления их уже ждал Копейкин.
– Твою мать! Упустил! – заорал он на Зорина.
– Я упустил – я его и возьму! – злобно ответил майор. – Он мне живьем нужен.
– Живьем? Тебе? Ишь ты! – продолжал распаляться Копейкин. – Упускать не надо было. А ведь как-то гладко он ушел… Ключ от наручников у тебя же был?
– Я стрелять начал, а он запретил, – пожаловался Грошев.
Копейкин побагровел.
– Вы отстранены, майор, – сухо бросил он Зорину и, повернувшись к Грошеву, сказал: – Старшим по поимке назначаю вас, капитан!
В этот момент из переулка вылетел «воронок» и, подняв столб пыли, тормознул у входа. Выскочили близнецы-чекисты.
– Товарищ подполковник, Олейникова дома нет! – доложил Копейкину один из них. – Цибули тоже. Соседка показала, что примерно час-полтора назад Цибуля уехал на мотоцикле, потом вернулся пешком, раскочегарил свой четыреста первый «Москвич» и опять уехал!
«Москвич» приближался к выезду из города. Вдали показался пост, у которого стояла милицейская «Волга» и дежурили несколько гаишников. Заметив свет фар, один из них вышел на дорогу и поднял жезл.
«Москвич» остановился.
Помахивая палочкой, милиционер подошел к водительскому окошку:
– Добрый вечер, товарищ водитель! Младший лейтенант Гусько, – козырнул он. – Ваши документы, пожалуйста.
Сидевший за рулем Цибуля приветливо улыбнулся и протянул права и технический паспорт. Младший лейтенант заглянул внутрь машины – салон был пуст.
– Куда направляемся? – поинтересовался он.
– В деревню, к брату. Давно на рыбалку звал. Вот хочу на утреннюю зорьку успеть…
– Рыбалка – это хорошо… – мечтательно произнес Гусько. – А мотоциклиста не встречали по дороге?
– Мотоциклиста? – Цибуля пожал плечами. – Нет… А что случилось-то?
– Да человека сбил. Если что увидите подозрительное, сразу сообщите ближайшему милиционеру.
– Неужели сбил? Ужас какой! – немного переигрывая, ахнул Цибуля. – Конечно сообщу. Непременно.
Младший лейтенант еще раз оглядел салон и, вернув Цибуле документы, махнул рукой:
– Ну, счастливого пути!
Пронзительно запищал зуммер висевшего на стене гаишной будки телефона. Гусько пошел к аппарату.
Цибуля нажал на газ.
Младший лейтенант снял трубку, выслушал сообщение и, изменившись в лице, выхватил из кобуры пистолет и бросился к «Волге».
– За мной! Быстро в машину! – крикнул он остальным.
В зеркало заднего вида Цибуля увидел, как милиционеры прыгают в «Волгу» и она срывается с места. Выжав педаль газа до упора, Цибуля застучал кулаком в крышу.
Брезент на верхнем багажнике распахнулся, и из-под него показалась голова Олейникова. Свесившись вниз, он заглянул в окно.
– Засекли нас! – судорожно сжимая руль, крикнул Цибуля.
– Гони, дядя Коля! Гони! Дави на газ!
– На пределе!
– Ставь на нейтраль! – перекрикивая ветер, приказал Олейников. – Я сяду за руль!
Цибуля включил нейтральную передачу и, удерживая руль одной рукой, перелез на пассажирское сиденье. Олейников соскользнул в окно на место водителя. Рванул передачу.
Позади взвыла сирена.
Олейников обернулся – их преследовали уже две машины – милицейская «Волга» и «Победа» чекистов.
– Стрелять на поражение! – скомандовал сидевший за рулем «Победы» Грошев.
Юров выхватил пистолет, высунулся в окно и открыл огонь.
Услышав выстрелы, Цибуля нервно отхлебнул из склянки:
– Ой, догонют!
Преследователи приближались.
– На твоей колымаге, – покачал головой Олейников, – нам по шоссе не оторваться. Держись!
И, втопив в пол педаль газа, резко крутанул руль. «Москвич» лихо перепрыгнул кювет и, поднимая клубы пыли, помчался по полю. Машины преследователей, не сбавляя скорости, свернули за ним. Прыгая по кочкам, «Москвич» приближался к глубокой канаве, пересекавшей все поле. Перед канавой Олейников заметил большой плоский валун. Нажал на газ. Цибуля закрыл глаза. Взлетев на камне, как на трамплине, «Москвич» в полете преодолел препятствие.
Шедшая по пятам «Волга» гаишников затормозила и юзом сползла в канаву. «Победа» с чекистами рванула в объезд.
В конце поля путь беглецам преграждал обрыв, ведущий к реке. Олейников включил нейтральную передачу, сунул руку под торпеду и резким движением вырвал потайной краник. В салон хлестнула упругая струя бензина. Цибуля, в ужасе наблюдая за происходящим, бросил взгляд на часы-луковицу и отхлебнул из флакончика.
– Дядя Коль! – крикнул Олейников, срывая с цепочки часы Цибули. – Помнишь, как в сорок втором ты с парашютом прыгал?!
– Так то ж неудачное испытание было… – удивился Цибуля, – ты меня сам из самолета и вытолкнул…
– Значит, навыки есть, – кивнул Олейников, бросил на пол часы-луковицу и, вытащив из кармана бензиновую зажигалку, приказал: – Группируйся! Лицо руками закрой!
