Он снова погрузил в нее пальцы, выжимая из нее ответ.
— Жестко, — выдохнула она.
— Спасибо Матери, — выругался он, и она услышала щелканье металла и шуршание кожи, а затем его язык снова принялся ласкал ее, мимо этого комочка нервов, вверх по животу, к груди, пока он не оказался над ней.
Кассиан подвинул ее ближе. Ее не волновало, что ее ноги раздвинулись для него, ее волновало только то, что теперь он был обнажен, и все эти рельефные мышцы и золотистая кожа сияли над ней.
Он опустился на ее бедра, и его глаза были так широко раскрыты, что она могла видеть белки вокруг зрачка. Он открыл рот, но она не хотела слышать его слов, не хотела знать, что он собирался сказать. Она обхватила его лицо руками и яростно поцеловала, ее язык скользнул по его зубам, когда она сжала их губы.
Широкий кончик его члена подтолкнулся к ее входу, скользнув туда.
При первом же толчке Кассиана в ее тело, внутри нее вспыхнул огонь. Она тяжело дышала ему в рот, покусывая его нижнюю губу, когда он вошел. Всего на дюйм.
Он остановился. Он был достаточно велик, чтобы растягивание ощущалось сладчайшей болью — достаточно велик, чтобы она задумалась, сможет ли вместить его целиком. Он задрожал, едва удерживая себя внутри нее, как будто сейчас задавался тем же вопросом.
Его нерешительность, его забота растопили в ней какой-то ледяной осколок. И заставили ее спуститься с привязи.
Неста схватила его за задницу, мышцы напряглись под ее пальцами, и притянула его к себе.
Всего лишь на дюйм. Только на дюйм, потому что Кассиан уперся руками в кровать, бедрами противостоя ее хватке.
— Я причиню тебе боль.
— Меня не волнует. — Она провела языком по его подбородку.
— Да, — выдавил он, напрягаясь всем телом, когда она попыталась притянуть его к себе. — Неста.
Ее пальцы снова впились в него, сама ее кровь и кости взывали к нему, но он отказывался двигаться.
— Неста. Посмотри на меня…
Борясь с ревом своего тела, она повиновалась. Жар полыхал в его глазах, и что-то еще.
— Посмотри на меня, — выдохнул Кассиан.
Боги пощадили ее, но она сделала это. Она не могла отвести от него взгляда. Она обнаружила, что растворяется в его потемневших глазах, в его прекрасном лице.
Его бедра приподнялись, и он скользнул еще на дюйм — затем отступил почти к краю.
Их дыхание стали одним целым, и Неста замерла под ним, ощущение полного покоя, абсолютной полноты распространилось по ней, когда его бедра снова задвигались, и он снова вошел, на этот раз чуть больше.
Кассиан выдерживал ее взгляд при каждом маленьком толчке, при каждом отступлении. Он растягивал ее, заполняя дюйм за дюймом, и Неста знала, что он был прав, не нужно торопиться для первого раза.
Отступая и приближаясь, Кассиан наполнил ее. Они ничего не говорили, только обменивались вздохами, смотря друг на друга широко раскрытыми глазами.
Он снова потянулся наружу, на этот раз достаточно долго, чтобы она поняла, что он почти полностью вошел в нее. Он остановился, его член едва вошел в нее, и изучил ее лицо. Победоносный бог-воин. Он назвал ее Леди Смерть, и он был ее мечом.
Кассиан наклонился, чтобы поцеловать ее. И когда его язык скользнул в ее рот, он сделал мощный, последний толчок.
Неста застонала, когда он вошел в нее полностью, растягивая ее, и она не могла дышать. Кассиан снова вышел и врезался в нее, толкая их тела дальше на кровать.
На этот раз он застонал, и этот звук погубил ее. Она обвила ногами его спину, осторожно касаясь крыльев, и приподняла бедра, чтобы встретиться с ним. Он погрузился еще глубже, и она впилась ногтями в его плечи.
Боги — ничто еще не было так хорошо, так полно, и так горячо от удовольствия. Никогда ничего подобного.
Кассиан задал темп, плавный и глубокий, и на мгновение Несте оставалось только повторять за ним. На мгновение она посмотрела между их телами туда, где его член был в ней, такой толстый и длинный и блестящий вместе с ней, что она сжалась вокруг него, ее освобождение уже нарастало.
Он почувствовал, как ее внутренние мышцы сжали его сильнее, и прорычал:
— Черт, Неста.
И ей нравилось видеть его распущенным настолько, что она сделала это снова, вцепившись в него, как только он полностью вошел. Он выгнулся, впиваясь пальцами в кровать. — Черт, — повторил он.
Но этого было недостаточно. Этого было недостаточно. Она хотела, чтобы Кассиан ревел, хотела, чтобы он был так потерян, что не мог вспомнить своего имени.
Неста остановила его, положив руку ему на грудь. Только одна рука, и он остановился, полностью подчиняясь ее команде. Если она хочет, чтобы все закончилось здесь, то так оно и будет.
Это настолько смягчило ее, что она не смогла сдержать дрожь в голосе, когда сказала:
— Я хочу еще сильнее.
Кассиан тяжело дышал, его глаза были дикими, когда она выползла из его рук. Когда она перевернулась на живот и подняла свой зад для него, предлагая себя.
Он издал низкий звук желания. Она выгнула бедра выше, приглашая его взять ее, насладиться.
