Выпрямившись, Фишер с ужасом увидел, что мандарин прошествовал мимо, не обратив на него ровным счетом никакого внимания, и сейчас тряс руку ненавистного Меннерса. Мандарин обменивался с проклятым англичанином комплиментами на китайском, словно со старым другом. Затем мандарин приметил Аиртона, и ритуал повторился. Они о чем-то смеялись и говорили, а мандарин одобрительно хлопал доктора по спине. Герру Фишеру начало казаться, что он чужой на собственном празднике.

Наверное, прошла целая вечность, прежде чем доктор показал мандарину в сторону Фишера. Мандарин повернулся и приятно улыбнулся. «Ну наконец-то, — подумал Фишер, вновь склонившись в глубоком поклоне. — Сейчас все пойдет по плану». Однако, когда несчастный инженер снова выпрямился, то обнаружил, что мандарин опять стоит к нему спиной и возится с детьми Аиртона, которые, совершенно очевидно, интересовали его гораздо больше, чем Фишер. Мандарин потрепал детей по головам, ущипнул за щечки и запыхтел от удовольствия, когда Дженни поздоровалась с ним по-китайски.

Всем своим видом мандарин излучал дружелюбие. Он милостиво кивнул присевшим в реверансе дамам и с деланным, сардоническим изумлением окинул взглядом монашек, после чего сам элегантно поклонился миссис Аиртон в знак уважения к дайфу, своему старому сопернику в диспутах. С отсутствующим видом он протянул руку Дэламеру и Каботу и надолго остановился перед Элен, беззастенчиво ее разглядывая. Потом он кинул короткую фразу Меннерсу, услышав которую Генри рассмеялся, доктор улыбнулся, а Том — покраснел. Элен, не понимая ни слова из сказанного мандарином, озадаченно оглядывалась по сторонам. Мандарин громко расхохотался и, схватив одной рукой Тома, второй пощупал его бицепс. После этого он мягко подвел Элен к жениху, заставил их взяться за руки, немного отошел в сторону, словно скульптор, восхищающийся своей работой, и снова что-то сказал по-китайски, вызвав у присутствующих новый приступ смеха.

— Что он сказал? Что он сказал? — прошептал Фишер Чарли, который наконец рассадил почетных гостей из свиты мандарина, в том числе Цзинь-лао и майора Линя, и теперь стоял возле инженера.

— Боюсь, он сказал грубость, — ответил Чарли. — Вам не кажется, что он ведет себя бесцеремонно?

— Может, ты просто переведешь, что он сказал? — сорвался Фишер, терпению которого пришел конец.

— Он сказал, — Чарли перешел на шепот, — что мистер Кабот сложен как боевой конь и не удивительно, что мисс Дэламер выбрала выйти за него замуж, а если Меннерс хочет жену, ему лучше начать упражняться, потому что он хотя и отличный наездник, но женщины любят только сильного скакуна, которым можно управлять. Потом он сказал еще сальности про жеребцов и кобыл. Я же сказал: он говорил грубости.

— Возмутительно, — пробормотал Фишер. — Мы планируем церемонию, чтобы отмечать исторический случай, а здесь… а у них — вечеринка с коктейлем! Поезд придет с минуты на минуту.

Он вытащил платок и принялся вытирать со лба пот. Неожиданно перед инженером предстал широко улыбающийся мандарин. Он держал под руки доктора и Генри Меннерса, отчего Фишеру показалось, что мандарин похож на светского льва, решившего познакомить двух своих гостей с третьим. Поспешно сунув платок в карман, Фишер щелкнул каблуками и в третий раз склонился в поклоне.

— Добро пожаловать, ваша боготворимость, то есть я хотел сказать высокопревосходительство, — начал он и тут же озадаченно замолчал, услышав, как кто-то громко кричит у него под ухом. Это был Чарли, который энергично принялся переводить.

Мандарин внимательно оглядел Фишера, сощурил раскосые глаза и улыбнулся:

— Значит, это и есть тот великий инженер, чью победу мы собрались здесь отметить? А я-то сначала подумал, что это могучий воин, желающий со мной сразиться, — рассмеявшись, он поднял кулаки, изобразив боксерскую стойку, в которой стоял Фишер, когда прибыл паланкин. — Ха! Это и есть боевые искусства Запада? — мандарин, казалось, толкнул инженера в грудь совсем легонько, но несчастный чуть не потерял равновесие. Герр Фишер тут же почувствовал, как сильная рука ухватила его за плечи, и только благодаря ей он устоял на ногах. Расхохотавшись, мандарин хлопнул инженера по спине и, взяв за руку, повел к первому ряду стульев, на которых лежали красные подушки.

— Драгоценный инженер-сяньшэн. Сядьте со мной и поведайте о чудесах современной науки, что вы несете нам.

— Я… я не знаю, что и сказать… Я подготовил речь, — промямлил герр Фишер, с беспокойством поглядывая на трибуну, где разложил листки с текстом.

— Превосходно, превосходно, — кивнул мандарин, устраиваясь на стуле поудобней. — Самое время для речи. — Он зевнул и оглянулся по сторонам, словно искал чего-то. — Будет очень мило, если бы подали закуски. Я бы желал отведать что-нибудь необычное. Например, западной пищи. Сегодня я ваш гость, мне хочется нового. Дайфу, что это за напиток, который, как вы мне постоянно твердили, превосходит наши вина?

Перейти на страницу:

Похожие книги